Путевой дневник "Польско-российкой школы под парусами 2015" Олега Беспалова.

Часть первая

Шестнадцать счастливчиков.

  Чем может похвастаться среднестатистический ржевитянин лет, скажем, пятнадцати-шестнадцати? "Кто, простите?" - спросите вы. Уточню: рже-ви-тя-нин. Житель города Ржева Тверской области. Небольшого, выражаясь бюрократическим языком, муниципального образования с населением около 60 тыс. человек и переживающего, прямо скажем, не лучшие времена. Вроде бы статус города воинской славы как-то обязывает к процветанию потомков тех, кто за эту славу жизнь положил, однако, уезжает из Ржева молодёжь в города покрупнее и поразвитее. В поисках чего-нибудь поинтереснее и поперспективнее. Так уж исторически сложилось. А потому сам отвечу на собственный вопрос: похвастаться среднестатистическому ржевитянину лет, скажем, пятнадцати-шестнадцати особо-то нечем. Да и некому. Но лично я поехал в Ржев, чтобы познакомиться с шестнадцатью исключениями из этого правила. И разделить с ними то, чем впоследствии можно будет похвастаться.

  18 августа 2015 года. Вечер. Около ржевской школы номер 12 любопытные прохожие наблюдают пёструю группу людей разных возрастов с явным перевесом в сторону тинейджеров. Предположение о том, что это плановое собрание какого-нибудь товарищества собственников жилья, мы сразу отметаем - молодёжь на них не ходит. Зато на обочине дороги зачем-то стоит большой автобус с польскими номерами. Из динамиков со стороны школы доносится мотив старенькой песни "и тогда вода нам - как земля, и тогда наш экипаж - семья". А потом зазвучал ещё и голос кого-то из местных служительниц сферы образования, при этом его обладательница произнесла прочувствованную речь о том, что, мол, "молодцы", "не подкачайте" и "так держать".

Пожелания адресованы выстроившемся в шеренгу шестнадцати обычным девчонкам и мальчишкам из нескольких ржевских школ. Да, это именно они - те самые исключения, о которых я говорил. Вот-вот они отправятся в двухмесячное путешествие вокруг Европы. Под парусами. Которыми сами же и будут управлять. И знать, что такое, например, ставить грот-стаксель, бомбрамсель или, скажем, брасоваться на фордевинд. И на руле стоять. И картошку с морковкой на камбузе чистить. А заодно и учиться обязательным предметам школьного курса прямо на борту судна. Оно называется "Погория".

Проект, в который ребята попали не благодаря кошелькам своих родителей, а из-за того, что сами прошли конкурсный отбор, называется "Школа под парусами". Ну как? Есть, чем похвастаться? Вот. Ну и я пойду с ними. Чтобы тоже было, о чём рассказать. Всё-таки, СОБЫТИЕ. В масштабах Ржева - тем более. Потому и проводы - как Ивана Бровкина на целину.

 Ребятам и девчатам все эти напутствия официальных лиц, конечно, на фиг не сдались, но их полагается выслушать с серьёзным выражением лица. Вот и слушают. Под пристальными взглядами своих родственников, друзей, знакомых, журналистов. Кто-то зевает, кто-то улыбается, кто-то хмурит брови, кто-то считает ворон... Поаплодировали. Впрочем, официальные проводы сокращены до минимума. "Молодцы" эти ребята потому, что прошли довольно непростой конкурсный отбор. Доказали, что и сила есть, и умом не обижены. По этой же причине и надо им "так держать". А вот "не подкачать" придётся, дабы не опростоволоситься перед своими сверстниками из Польши. Которые прошли не в пример более жёсткий конкурс, работали волонтёрами и вообще вели активную общественную работу  чтобы попасть в этот проект и составить половину команды. Родители российских ребяти девчат с трудом верят в открывшуюся перед их детьми перспективу. На отборочный конкурс в "Школу под парусами" приезжал даже паренёк, кажется, из Кирова. И ведь прошёл все этапы, но приоритет на зачисление в команду был всё-таки у ржевитян. Я не знаю, почему польская сторона объявила набор команды именно в этом городе, но очевидно, что многое завязано на транспортировке и сопровождении ребят до Варшавы и обратно. Кстати, для участников "Школы" вся эта логистика тоже совершенно бесплатна.

"Школа под парусами" хоть и длится всего четверть - с конца августа по середину октября - но считается ого-го какой элитной! И попасть в неё можно только в возрасте Дика Сэнда из романа Жюля Верна. Четырнадцатилентним ещё тяжеловато управляться с парусами, а с шестнадцати-семнадцатилетними уже непросто в педагогическом плане. Такие дела. Впрочем, вот уже водитель автобуса открыл двери - осталось только обняться на прощание с родными, пообещать, что, мол, "маааам, ну я буду писать СМС-ки, если чё, ну и деньги мне не забывайте кидать" - и полный вперёд. Грустная слеза на прощание предложена в ассортименте. Некоторые предложение приняли. Другие сохранили внешнее спокойствие, но мы-то с вами знаем... В общем, в путь!

Покой нам только снится. Вернее, приснится. Потом.

  Вариантов того, чем занимаются люди, когда долго едут на автобусе, не так уж и много. Некоторые смотрят в окно, если там, конечно, есть, на что смотреть. Общительные болтают с попутчиками. Ежели повезёт - с нескучными. Многие слушают плеер или радио (с такими, как правило, бесполезно пытаться заговорить - они в этот момент где-то по ту сторону Луны). Кто-то играет на стремительно теряющем зарядку гаджете или читает книгу. Некоторые даже настоящую, а не электронную. Нередки здесь и любители решать кроссворды или судоку, время от времени заглядывая в конец брошюры, где вверх ногами напечатаны ответы. Самые домовитые жуют дежурный бутерброд. Или пахнут домашними котлетами на весь салон. Они же со вкусным "клик-псссс" открывают жестяные банки и со смаком отпивают из них. Самые практичные смотрят дорожные сны... Что я забыл? Ах, да, есть ещё такие, что просто стоят на ушах или пишут путевой дневник. Ко вторым отношусь я - ваш покорный слуга, а к первым - немногочисленные пассажиры заказного автобуса международного сообщения Ржев-Варшава. Ох уж эти пассажиры!.. Первый же клич, прозвучавший после того, как закрылись двери - "Свобода!" Выводы напрашиваются самые немудрящие ))

Можно я не буду описывать, как мы ехали, и называть имена самых отъявленных озорников? Спасибо. В эту ночь не спал никто. В том числе и оба водителя автобуса, которым, вообще-то, полагается отдыхать после своего отрезка пути. "Ага, щазз", как говорится... Выброс адреналина в кровь новоиспечённых путешественников оказался таким, что разговаривать вполголоса никак не получалось. Даже в карты играли громче, чем в футбол. Кстати, судя по мелькнувшему торсу одного из игроков, похоже, что играли на раздевание. При этом обладатель рельефной фигуры был не прочь немного проиграть, но пришлось одеться. За окном мелькали красоты августовской Смоленщины, но мало кто смотрел. А было примерно вот так.

Ночь в дороге проходит быстро. Даже если не спать. Вообще, доехали расчудесно. Особенно по белорусским дорогам. Я вот из вредности хотел придраться - то и дело пялился в лобовое стекло и искал повода подумать "ага, недоглядели". Надеялся увидеть хоть одну заплатку или стёршуюся дорожную разметку. Фигушки. Всё ровно и гладко. Так что, если услышите от кого, что в Белоруссии хорошие шоссе, верьте на слово. Где-то в районе Бреста мы встретили "свет хрустальной зари, свет над миром встающий". Интересно, далеко отсюда Беловежская пуща? Не знаю...

Здравствуй, Варшава! Покой всё ещё не снится.

Границу прошли бессобытийно, и вскоре белорусскую дорогу сменила не менее ровная и хорошо размеченная польская. На пути стали попадаться небольшие симпатичные городки и деревеньки, скошенные поля с аккуратными валиками соломы, на карте GPS появились названия, которые сразу фиг прочитаешь, а наши водители-поляки после бессонной и очень непростой ночи изрядно повеселели, угостили конфетами и поделились анекдотами на русском языке. Когда я сказал, что мне в этом шалмане ещё два месяца жить, мужики чуть слезу не пустили. Велели держаться. Держусь вот. 

Варшава встретила нас ярким солнцем, своим неповторимым столичным шармом и, конечно, нашим ангелом-хранителем - Малгожатой. Вы ещё не знаете кто это? Да вы что! Без этого человека ничего бы не получилось! Рассказываю: "Школа под парусами" по сути - некоммерческий проект, основанный знаменитым польским яхтсменом и журналистом Кшиштофом Барановским. Суть проекта - соединить морскую практику со школьным обучением и получить на выходе не только моряков, но и вполне успевающих по школьной программе учеников. С 2013 года в начале каждого учебного года в рейс традиционно отправляется польско-российский экипаж. Большей частью состоящий из пятнадцатилетних участников команды (32 моряка и морячки) и слегка разбавленный взрослыми (около десяти человек). В море "Школа под парусами" уходит на баркентине "Погория", которую, конечно, приходится арендовать у судовладельца. За сумасшедшие деньги. Где найти финансы на дорогостоящий круиз, за который ни польские, ни российские дети не платят ни гроша? А вот этим занимается Центр польско-pоссийского диалога и согласия, сотрудником которого и является упомянутая мной Малгожата Шняк. Ей досталось самое трудное. Нет-нет, даже не находить деньги, а вместе с админинистратором "Школы под парусами" - Збигневом Босеком -  заниматься подбором российской половины экипажа, а потом ещё и следить за тем, чтобы она - эта половина - не дай бог, чего не вытворила в силу своей генетической непредсказуемости. Как только в море появляется связь, первый звонок - всегда ей - Малгожате.

Но, кстати, и финансирование  такого проекта - дело непростое. Вообще, было опасение, что Школа в этом году закроется в связи с тем, что с Западом Россия теперь вроде как и не дружит. Но директор Центра - Славомир Дембски - подчеркнул, что дети-то в этой ситуации как раз ни в чём не виноваты. Зато за ними - будущее взаимоотношений между двумя странами. Тот самый диалог и взаимопонимание, ради которого и создан Центр. Пусть они сами пообщаются с польскими ребятами, пусть посмотрят на Европу и почувствуют отношение к себе без призмы медиапропананды. В общем, финансирование проекта в 2015 году всё-таки пробили. Вопреки всему. Вот так и получается, что одни взрослые давят бульдозерами "санкционные" продукты и перекрывают пути торговли польским аграриям, а другие - находят деньги, чтобы российские дети могли бесплатно и в полной экипировке отправиться в путешествие мечты вместе с польскими сверстниками. Как-то неловко такое осознавать после всех этих яблок... "Им там мозги, наверно, промоют - будь здоров - бесплатный сыр только в мышеловке!" - скажет скептик. Хм... Вы когда-нибудь пробовали промывать мозги пятнадцатилетним за два месяца бесконечных вахт, после которых хочется только спать? Вот так. Это вам не Селигер. Да и смысл какой? На "Погории" мы, будучи в море абсолютно без связи, оторваны даже от ленты новостей, и никто никому никакие политинформации не читает. И уж, тем более, не навязывает свои взгляды. Учатся дети по российским учебникам. На борту у них спросят выученное программное стихотворение, решённый пример и то, какую функцию выполняет, например, снасть со смешным названием "дирка-фал". И всё. Никакой ангажированности.

Встреча в Центре польско-pоссийского диалога и согласия с организаторами, спонсорами проекта и лично капитаном Барановским отозвалась лёгким холодком между лопаток. Нет-нет, принимали очень тепло, но с ходу немножко проверили наших ребят на... как бы это назвать... профпригодность что ли. С физической подготовкой к походу всё в порядке, узлы вязать получается, но вот английские морские команды, названия парусов и такелажа у российской половины будущего экипажа как-то не очень выучились. Вернее, очень не выучились. 

А капитан пообещал экзамен. И вообще пообещал, что лёгкой жизни не будет. Даже возможность половить рыбу подверг сомнению. "Если увижу, что кто-то ловит рыбу, сделаю вывод, что ему нечего делать, и тут же найду работу". Кроме того, капитан Барановский море любит больше, чем стоянки в портах, так что на этот счёт призвал не обольщаться. Зайдём в порт, пополним запасы пресной воды, заправимся топливом (дизель работает постоянно - как-никак не при свечах живём) - и снова в море. Так что на сушу будем выходить нечасто и ненадолго. Выслушали ребята капитана. Пригорюнились. А потом ещё раз посмотрели в его глаза - а они добрые. Всё будет хорошо. И рыбу половии, и в порты выйдем. Главное - как говорится, не косячить на предмет дисциплины. Этого капитан точно не любит. 

Две ночи в Варшаве пролетели незаметно. Если поспать 4-5 часов за ночь считается нормальным, то мы "нормально" выспались. Ощущение эйфории немного затянулось. На трое суток. Ещё бы! Родители, родные школы, Ржев, да и вообще Россия далеко, а тут, как говорил Сыроежкин, "вот она - свобода!". Кстати, это был первое восклицание сразу после того, как закрылась дверь автобуса ещё там - в Ржеве. Впрочем, спешу успокоить читающих меня родителей: график возвращения с прогулок соблюдался неукоснительно, наши с Лидой подопечные пересчитывались по головам, а по части вечерних прогулок я назвал бы Варшаву одним из самых благополучных и доброжелательных городов, если такое определение подходит к населённому пункту. Там мило и хорошо. 

И никто не морщит носа, узнав, что мы из России. Спрашивали, например, у людей дорогу - они легко переходили на русский и даже пропускали свои автобусы-трамваи, чтобы объяснить, как добраться но нужного нам места. А ведь иногда, должен признаться, было видно, что по крайней мере часть нашей юной компании - откуда-то из России. И, увы, не в том смысле, что этим можно было бы гордиться. Наверно, именно поэтому многие россияне, отправляясь в отпуск, спрашивают в турфирмах отели, где поменьше соотечестенников. Впрочем, уважаемые родители наших сорванцов, читающие сейчас эти слова, вы уж особо-то не расстраивайтесь - никто не орал на улице "Тагиииил!" и не купался в фонтанах. Так, просто по мелочи иногда выделялись среди остальных. И, конечно, лишь немногие.

А вот польских участников рейса с фанфарами и маршем отдельного гусарского батальона в путь никто не провожал. Хотя польские родители любят своих детей ничуть не меньше наших, и точно так же загрустили перед расставанием на два месяца. Заказной автобус до Амстердама заполнился под завязку. Он принял на борт практически всю будущую команду "Погории". По моим прогнозам, российская часть экипажа должна уже была рухнуть в кресла и уснуть. Ага, разбежались. Шум и гам включился и здесь, но отрадным стало то, что тинейджеры из обеих стран сразу же начали активно знакомиться и общаться. Я тут давеча сокрушался, что мои юные земляки слишком уж активно бесятся на улице? Их польские ровесники убедительно доказали, что беситься умеют ничуть не меньше, хотя и адекватно реагируют на замечания старших. В общем, две стихии сошлись. Интересная у нас будет жизнь на борту "Погории"!

Вы ещё читаете мой поток сознания и неосознанного? Ай, молодцы! Признаюсь, писать совсем некогда, потому что сейчас идёт активная подготовка к рейсу, ознакомление с судном, экзамены на знание матчасти и первые вахты. Так что вот только сейчас выдалось часика три, чтобы набросать несколько страниц путевого дневника. Простите, пишу первое, что приходит в голову - безо всякой редакции. Глубокой ночью за счёт так и недополученного до сих пор снаъ Так на чём я остановился? Ааааааа! Мы ж в Голландию едем!

До Амстердама добирались довольно долго - часов пятнадцать. Прибыли ещё затемно. Куда в это время деваться? А кто ж его знает... На "Погорию" нельзя - там ещё прежняя команда. Которая освободит нам место только к полудню или чуть раньше. А хочется в душ, хочется прилечь... да и вообще много чего хочется. Пошли прогуляться до акватории, нашли нашу баркентину - красавица! Мужская компания осталась встречать минивэн с продуктами и всякими хозяйственными прибамбасами на два месяца поездки. Вернее, в один минивэн всё не уместилось. Одной туалетной бумаги взяли столько, что кажется, в поход отправляется целый батальон страдающих всякими там желудочными расстройствами. Парни, кстати, сдулись на разгрузке быстрее загружающих девчонок. Те закидали во вторую машину наши сумки из автобуса и пошли помогать мальчишкам строить около "Погории" вавилоны из молока, картошки, капусты, йогуртов, свёклы, огурцов, помидор, хлеба, мыла, бумажных полотенец, моющих средств и вообще всего, чем мы будем активно пользоваться на борту. Встретили рассвет за работой на пирсе. Такие дела.

Мечты побродить по Амстердаму рухнули для ребят сразу же. Мы ведь оказались там в дни проведения праздника SAIL Amsterdam - это крупнейший в мире фестиваль для любителей ветра, парусов и всего, что связано с морем. А также для любителей просто потусоваться, которых в столицу Голландии приехало столько, что близ набережной яблоку негде было упасть. Чуть вглубь города уже немного потише, но там и непредсказуемости всякой больше. 

От бесконечной череды бороздящих канал больших и маленьких плавсредств, проплывающих мимо пришвартованной "Погории", буквально, простите, срывает башню. В каждой лодчонке и на каждом корабле веселятся, танцуют, поют песни, машут руками. Паром сообщением "наш" берег - центр" вмещает 1100 человек и работает в челночном режиме с полной нагрузкой нон-стоп. Это действительно ПРАЗДНИК. С голландским размахом и огромным количеством всего, что можно поесть, попить, выпить, покурить, ну и дальше по списку. 

Конечно, ребятам хотелось в город. Но дело не только в том, что отпускать ребят в активно отдыхающий город было бы как минимум неспокойно - дел на "Погории" оказалось по уши. Большей частью не моряцких, а хозяйственных. 

Помыться смогли только во второй половине дня. О сне вообще молчу - это пока недопустимая роскошь. Но потихоньку все расселились и начали привыкать к новой жизни с новым распорядком дня, когда ты не ведаешь, вторник сегодня или воскресенье, но точно знаешь, во сколько твоя вахта и какая именно. Привели "Погорию" в порядок, надели белые форменные рубашки и футболки и стали местной достопримечательностью, привлёкшей множество зевак. 

Пребывание польско-российского экипажа "Погории" в Амстердаме завершилось парадом парусников. Нам, как и остальным участникам, в знак приветствия бабахнули из пушки, искупали в рукоплесканиях, подудели судовыми гудками - причём, это продолжалось на всём протяжении от столицы Нидерландов до города Иймуйден (так, кажется, пишется? мне и проверить негде - интернета с Варшавы не было). В общем, обосновались мы тут до утра вторника. Разница в приливах-отливах достигает двух метров - вахтенные то и дело то травят, то выбирают швартовы и шпринги. Целыми днями идут тренировки на палубе. Ставим паруса, убираем их, учим все эти бесконечные гитовы, гордени, шкоты, галсы и так далее. Завтра в море. Я обязательно напишу, как только будут новые события. А пока пожелайте семи футов под килем. Ладно? А то в девять утра мы уже стартуем.

Часть вторая

"Прощай, любимый город, уходим завтра в море".

Как говорил незабвенный Глеб Георгиевич Жеглов, сыскной науке он не учился - окончил "шесть классов и три коридора". И объяснил изумлённому Шарапову, что, мол, когда живые уголовные дела разбираешь, учёба куда как быстрее идёт. К чему это я? А к тому, что английские названия всех этих многочисленных снастей парусника российская половина команды так и не выучила. Пока стояли в голландском Иймуйдене, среди будущих моряков провели письменный экзамен на знание морских команд, парусов, такелажа и рангоута. Что где находится и как называется. Вернее, получилось проверить знания лишь у польских ребят. А на  экзаменационных листочках для россиян оказалась забавная галиматья, выданная гугл-переводчиком, понять которую было ну никак не возможно. Очевидно, эти конверты с ЕПЭ (единым погорийским экзаменом) заготовили ещё в Польше и понадеялись, что машина переведёт понятно. Ан нет. И это вполне объяснимо, потому что язык у моряков специфический. Не в том смысле, что крепко приправлен ненормативной лексикой, а потому что включает в себя много профессионализмов - арго, от которого моряки никогда не откажутся. И будут они ходить на гальюн, а не в туалет, сидеть на баночках, а не на скамейках, прилягут позагорать на баке, а не на носу, готовить станут на камбузе, а не на кухне, причём, займётся этим не повар, а кок. Кстати, в польском языке хитрая парусная терминология оказалась на удивление созвучна с русской. Оно и понятно - все эти стаксели-штаксели пришли из голландского и - в меньшей степени - из английского языка. Посему махнули мы рукой на лингвистические тонкости письменного экзамена и занялись активной практикой. По-жегловски. С утра до вечера команда карабкалась по вантам, вязала узлы, ставила паруса и брасовала реи. И попутно усваивала, что нужно делать при той или иной команде капитана или вахтенного офицера. Наконец, настал день выхода в море. Вернее, утро. В днях недели мы уже давно потерялись, но это был явно не понедельник. У многих моряков выходить в море в понедельник считается не то что бы плохой приметой, но... лучше не надо. И капитан Барановский этого правила всегда придерживается. 

P.S. А фамилия у Жеглова очень нам подходящая. "Жегловец" по-польски - парусник.

Выход в море обрадовал всех.

Вернее, первый приступ радости одолел нас ещё в Амстердаме, когда ребята впервые убрали швартовы и почувствовали движение судна. Девчата буквально прыгали от восторга и хлопали в ладоши. Но тогда "Погория" шла по каналу. Чинно, благородно и, разумеется, на ходовой машине. Дизелем всегда управляет механик - мы же просто глазели по сторонам и удивлялись количеству людей на обоих берегах канала на всём протяжении довольно длительного перехода. А в море - ни берегов, ни зрителей, ни ходовой машины. Зато есть кое-что другое.

Есть люди, которые жалуются на то, что их укачивает на заднем сиденье машины. Как-то им там дискомфортно становится, подташнивает и всё такое. Гм... Вот было бы интересно посмотреть на них на борту "Погории" в первый день нашего похода. Нет, началось всё вполне себе спокойно: на выходе в море "Погория" поймала ветер и волну, капитан обозначил курс 340 (это изрядно к северу, норд-норд-вест), мы любовались волнами, вдыхали запах моря, а потом постепенно команда начала испытывать новые занятные ощущения. Ветер потихоньку свежел, качка постепенно увеличивалась, и вот уже по обоим бортам баркентины за леерное ограждение склонились те, кто ещё полчаса радовался началу похода. Со стороны казалось, что юные моряки что-то пристально разглядывают в серых волнах Северного моря. Иногда находят и бурно реагируют.

Я не люблю литературные штампы. Не нравятся мне ни "свинцовые волны", ни "зелёные лица". Но по факту всё оказалось именно так. По шкале Бофорта ветер резвился где-то на уровне 5-6 баллов, и команда постепенно полегла. Девчата приняли по таблеточке и свернулись калачиками кто где, парни мужались и крепились, но против природы, как говорится, не попрёшь. Квота не подверженных морской болезни составляет в среднем пять процентов от общего количества двуногих обитателей планеты - больше в этот закрытый клуб не пускают, так что всё нормально. Лица в самом деле зеленеют. Буквально. А серые с металличеким блеском волны Северного моря (ну хорошо-хорошо, СВИНЦОВЫЕ!) невозмутимо приняли заботливо приготовленный коком завтрак. Сардельки на горячее были - как сейчас помню.

На обед треть команды ещё кое-как сходила, а вот ужинать многим уже не хотелось. На палубе устроилось лежбище зеленолицых котиков, в кубрике точно такие же устроились на койках. Кстати, напрасно. Наверху качка переносится лучше - там хотя бы глаза видят то, что именно привело в замешательство вестибулярный аппарат. А внизу не видно, что вокруг всё ходит ходуном, поэтому морская болезнь особенно свирепствует. Все гальюны и умывальники, простите за подробности, заполнены страждущими. А, между тем, надо нести службу - вахты никто не отменял. И идёт зелёный человечек походкой зомби на место выполнения обязанностей - если и не выполнять их, то хотя бы полежать рядышком. Руки-ноги и другие выдающиеся места у многих покрылись синяками. Потому что при качке тебя может бросить куда угодно, и запросто обо что-нибудь треснешься. Хорошо, если при этом ты не не на вахте по камбузу и не несёшь к столу горячий суп. А в столовой в тартарары летели полностью накрытые столы, в жилых отсеках слетали с крючков и коек вещи, как будто здесь прошло цунами. И ведь это ещё не шторм, а так - деликатная демонстрация морем своего характера.

Всё-всё, прекращаю писать о морской болезни. Всё равно про неё лучше Джерома К. Джерома ещё никто не написал. Судно вахтенные сразу привели в порядок, а через день-два вернулись в норму и погорийцы. Тем более, на палубе, как говорится, распогодилось. Что такое "распогодилось" в Северном море? В августе это выглядит примерно так: ты, скажем, стоишь на руле, несёшь службу. На тебя надеты тёплые штаны и куртка, поверх которых - ещё одни штаны и куртка, но уже штормовые. Непродуваемые и непромокаемые. Всё это, кстати, нам пошили по индивидуальным меркам и бесплатно выдали на борту "Погории" - очень пригодилось. На ногах - резиновые сапоги. На голове - шапка и капюшон. Справа от тебя бунзеновской горелкой жарит солнышко - через всю одежду чувствуется. Слева дует пронизываюший ветер. Теребит рукава, штанины, забирается под капюшон. Скоростью уже не 27-35 узлов, как вчера, а скромную дватцаточку. По волнам (на солнышке они всё-таки приобрели лёгкий оттенок синевы) бегут белые барашки. О борт судна время от времени бьются волны. Плесь - и через леерное ограждение на тебя летит очень кратковременный, но изрядно освежающий душ. Бодрит.

К вахтам, вроде, более-менее привыкли. Вернее, смирились с ними как с чем-то неизбежным. На одном из утренних подъёмов флагов капитан пошутил, что парусное судно - это та же тюрьма. С той лишь разницей, что приходим мы в эту тюрьму добровольно. Если что, у меня, как принято говорить в этой среде, уже вторая ходка. Зацепило. Уверен, что ребята тоже проникнутся. Равнодушных точно не будет. Кстати, ни единого раза не слышал ещё нытья, что хочется домой. Соскучились? Конечно! Ждут возможности скорее позвонить или списаться по интернету? Вне всякого сомнения! Часто вспоминают родителей в разговорах?  Безусловно! Но не ноют. Хотя первые дни в море - самые непростые. Ночные вахты особенно ощутимы - и холодно, и в сон клонит. Когда я пишу эти строки, до Лервика - ближайшего порта, в который мы зайдём на Шетландских островах - ещё почти шестьдесят миль. При скорости в четыре-пять узлов (иными словами, миль в час) нам идти ещё часов 10-11. А там уже будет и wifi, и возможность пообщаться, и свежие новости. Я не знаю, о чём ребята будут рассказывать, но наверняка забудут про уже увиденных дельфинов, полярное сияние, падающие звёзды. Ну не беда. Будем считать, что я уже рассказал. Впрочем, вот мы ужеи в Лервике. Я помчался на берег скорее всё это вам отправить, а то потом опять долго без связи будем.

Часть третья

Шотландская Шетландия и Шетландская Шотландия.

  В какой книге это было? Или в фильме? "Ставлю бочонок рома тому, кто первым увидит землю!" Я уже не помню. Но сейчас это в любом случае не актуально. Вперёдсмотрящим не нужно карабкаться на мачту в "воронье гнездо", чтобы оттуда, приложив ладонь козырьком ко лбу, всматриваться до рези в глазах в горизонт в надежде увидеть заветное пятнышко или тёмную полоску. Теперь в навигационной рубке светятся дисплеи многочисленных приборов, на которых видно буквально всё. Окружение судна на все 360 градусов, его координаты, скорость, расстояние до намеченной точки прибытия, направление ветра, угол поворота руля, карта маршрута с изображением всех подробностей береговой линии, глубин, отмелей и всего остального, необходимого для навигации. Так что бочонок рома в наши дни никто никому не обещает. Ну или пятьсот эскимо - с учётом возраста нашей команды.

Впрочем, появление земли на горизонте всё равно вызывает приятные мурашки. Потому что приборы - это одно. А самим увидеть и почувствовать близость суши - совсем другое.

Предположение, что в первый порт на нашем пути - шотландско-шетландский Лервик - мы придём часов в десять-одиннадцать вечера 28 августа, не оправдалось. Почему? А потому что ветер взял - и стих. И "Погория" вместо прежних пяти-семи узлов держала крейсерскую скорость в районе четырёх. Это примерно скорость бегуна-марафонца. Не пешком, но и без ускорений. В итоге мы увидели землю лишь утром 29-го.

Лервик оказался очень милым городком. Нисколечко не похожим на многочисленные портовые города, например, Средземноморья. У тех вид со стороны моря довольно однообразный: множество домов и домиков с красными черепичными крышами теснятся вокруг бухты, как опята на пне. В бухте обязательно имеется причал, по периметру которого "паркуются" многочисленные яхты, яхточки, лодки, лодчонки и чуть ли не корыта, которые, нем не менее, несут гордые имена типа "Моя прекрасная леди" или "Звезда Неаполя". А в Лервике всё иначе. Во-первых, краски не те. Северное море вообще скупится на многоцветье. В нём и вода такая, что невольно вспоминаешь "Песню варяжского гостя". Пронизывающий ветер и холодрыга это впечатление существенно усиливают. Городские постройки северян внушают уважение своей обстоятельностью и стилистическим единообразием.

Никаких весёленьких цветов - почти все дома выдержаны в серой гамме. Даже вывески магазинов и рекламные щиты не кричат и не выделяются на общем фоне. Всё просто и понятно: тут аптека, там банк, здесь кафе, бар, минимаркет или магазин изделий народных промыслов. Дорогих, кстати, изделий. Вроде бы совсем скромный шарфик из здешней шерсти и тут же изготовленный тянет фунтов на тридцать. Фунтов не в смысле веса, а стерлингов. Лервик - главный город Шетландских островов. Самый север Шотландии. Ну или Великобритании - как вам больше нравится. Поэтому здесь в ходу британские фунты. Я, кстати, несказанно удивился, когда обнаружил, что купюры одного номинала здесь могут быть разными. Просто потому, что выпущены разными банками. Как тут у них регулируется вся эта эмиссия - понятия не имею. Вернусь домой - погуглю. Но факт: я держал в руках два совершенно разных "червонца", имеющих одинаковое хождение.

У всей нашей команды с утра только и разговоров было: "хочу на берег", "когда нас отпустят погулять" и "а когда нужно вернуться обратно". Но пришлось смириться с тем, что сначала нужно а) пришвартоваться, б)аккуратно застелить койки и в)прибраться на всём судне. На этот раз работа спорилась, как никогда. Угадаете, почему? Да, всем не терпелось ступить на землю. Нашей первой вахте досталось надраить судовой колокол и прибраться на мостике. Надраили, прибрались.

После инструктажа на предмет поведения в порту и других важных моментов команда разбилась на группы "не менее, чем по три человека", после чего отправилась добывать фунты стерлингов и исследовать город.

Когда мы прилетаем в Британию самолётом, пограничный паспортный контроль обязательно проверит наличие визы Соединённого королевства. У гостей, прибывших морем, тут ничего не спрашивают. Как и в других портах. Просто выходишь на берег - и всё. На случай "гражданин, предъявите-ка документики" нам выдали пластиковые идентификационные карты. А паспорта, где кроме шенгенской визы и нет никакой, с самого начала путешествия лежат в каюте капитана. В специальном железном ящике. Некоторые ребята думали, что по возвращению домой в их загранпаспортах будут красоваться штампы разных стран - ничего подобного. Будут всего два зарубежных пограничных штампа - о прибытии в Польшу и убытии из неё. По сути, мы сейчас путешествуем на маленьком кусочке Польской Республики, где капитан наделён всеми властными правами. Например, может женить кого-нибудь на ком-нибудь. Или арестовать. Впрочем, нам не надо ни того, ни другого. Мы пошли смотреть город.

Хорошо там, где мы есть. 

Лервик (или, точнее, Леруик) можно условно разделить на две части: центр города и всё остальное. В центре сосредоточено десятка три магазинов, музей, почта, несколько кафе, баров, всякие аптеки-оптики, банки, парикмахерские и другие предприятия сферы услуг. Застройка довольно почтенного возраста - на многих домах красуются даты 19-го века. Но всё в идеальном порядке - не сравнить с дышащими на ладан хрущобами бывшей Страны Советов. Промзона большей частью вынесена к портовой границе. Туда, где обслуживаются прибывающие в Лервик суда. Всё остальное можно назвать спальными районами, застроеннными одинаковыми для каждой улицы симпатичными домами. Впрочем, есть микрорайоны попроще, а есть побогаче. И даже весьма побогаче. Тут же расположены школы, церкви, парки, спортплощадки, библиотеки, благотворительные фонды и другие составляющие инфраструктуры повседневной жизни лервикчан. Здешний гипермаркет "Теско" оказался размером со средний сетевой магазинчик микрорайонного масштаба. В общем, побродив по территории примерно в три квадратных километра, можно сказать, "я знаю Лервик, как свои пять пальцев". Во всяком случае, именно такое впечатление у меня и сложилось.

  А ещё я люблю всякую этническую кухню. Как и в Голландии, попытался найти что-нибудь местное, но горожане точно так же крепко призадумывались каждый раз, когда я просил показать мне какое-нибудь местечко, где угощают традиционными блюдами. В Лервике оказалась уйма тайско-китайско-индийских кафешек, где местные жители берут еду на вынос. Из более-менее местного я нашёл "фиш энд чипс". Привычные нам чипсы здесь называют криспс (то есть, "хрустяшки"), а чипсами оказалась картошка фри. Но не тоненькими длинными ломтиками, к которым мы привыкли, а по-северному основательными брусочками, приготовленными всё в том же кипящем масле. На полтора британских фунта мне насыпали с трудом поддающееся съеданию количество этих чипсов - огненно-горячих, подсоленных и слегка сбрызнутых по местной традиции бальзамическим уксусом. Ну а что такое "фиш", думаю, знают все. "Фыш стрит - рыбна улица - смотри не перепутай, турыст!"

Лервикчане (или как их ещё назвать?) показались мне приветливыми и суровыми одновременно. Приветливыми потому, что на улице со встречными здороваются совершенно незнакомые люди, и в ответ на просьбу показать дорогу к здешнему музею меня туда буквально проводили. А вот суровость проявилась очень интересно. Иду я, стало быть, вдоль заводи в Клуб моряков за шустрым и бесплатеым wifi, смотрю - а по песочку у воды бегают детишки лет десяти-двенадцати. В плавках-купальниках-шортах-легких рубашках. Играют, веселятся. Я застегнул до подбородка тёплую кофту, поднял воротник надетой поверх кофты куртки, подошёл поближе и спрашиваю, мол, скажите, дети, кто и за что придумал вам такое жестокое наказание? И почему вы смеётесь при приведении приговора в исполнение? А они отвечают, дескать, ты чё, дядя, сегодня же такая жарища! Вот мы и пошли купаться! В доказательство этих слов один мальчонка незамедлительно забрался в воду и начал в ней плескаться. Температура воздуха в тот день была +8 С. Уточняю: Воздуха. ПЛЮС ВОСЕМЬ. По Цельсию. Такие дела.

На второй день пребывания на острове мы съездили на экскурсию в одно из местечек национального наследия шотландцев. Ещё в XIX веке археологи нашли хорошо сохранившееся поселение времён железного-бронзового веков. Вот его-то мы и поехали смотреть. Кстати, здесь чтут историческое наследие не только гордых шотландцев, но и суровых викингов, которые, было дело, в незапамятные времена пожаловали на Британские острова не в шахматы поиграть, а с мечами и топорами. Вот и магнит на холодильник я купил с варяжским драккаром. Зато символов самой Шотландии здесь и без магнитиков полно. На обширных пастбищах пасутся овцы, дающие знаменитую местную шерсть. Их, наверно стерегут шотландские же колли, но я не видел. Спины овец смешно помечены яркой краской - чтобы не перепутались с соседскими. То тут то там по травке гуляют самые настоящие пони - их тут тоже много. Ну и, конечно, растёт чертополох - один из главных символов британских северян.

В общем, впечатление Шетландские острова оставили очень хорошее. Только очень уж ветрено в здешнем море. Я обязательно перечитаю эту страничку нашего путевого дневника, когда мы войдём в южные широты и будем нести ночные вахты в футболках и шортах. Люблю контрастный душ, знаете ли.

P.S. Гм... Вчера вечером после обедужина (это когда два в одном) под аккомпанемент небольшого дождичка (хорошая примета в дорогу) мы отчалили с лервикской пристани, поставили паруса и взяли курс на юго-восток. Шли всю ночь в этом направлении, а утром взяли - и повернули обратно. Ну вот, то есть,буквально развернулись почти на 180 градусов и пошли обратным курсом. Юные мореходы, конечно, поинтересовались, зачем. Я с серьёзным выражением лица попытался объяснить, что забыл зарядник от телефона в Клубе моряков и попросил капитана вернуться. Кажется, не очень поверили. На самом же деле своими манёврами мы обязаны ветру. Он взял - и подул совсем не с той стороны. И мы пошли отнюдь не туда, куда собирались.

В Лервик, конечно, не вернулись. Сейчас держим путь вокруг верхней оконечности британской Большой земли с тем, чтобы обогнуть Великобританию с запада, пройти рядом с Гебридскими островами, выйти в Ирландское и Кельтское море, а там видно будет.

P.P.S. Внезапно осознал, чем именно Лервик напомнил мне другие приморские города Европы. При всём своём контрасте с ними. В воскресенье он спит весь день. Буквально дрыхнет. Жизнь замирает. Горожане сидят по домам, все двери под вывесками и рекламными щитами закрыты, на улице - ни одной живой души. На дорогах - никакого движения. Наверно, мы произвели бы фурор своей группой аж в три десятка человек в десять утра. Но никто не оценил. Лервик спал и видел сны.

Часть четвертая

Вторая неделя путешествия. Пока ещё в прохладных широтах.

Знаете, в чём главное отличие управления легковой машиной и судном водоизмещением 290 тонн? Правильно, инертность. И - как следствие - малоподвижность последнего. При движении автомобиля достаточно чуть тронуть руль, как она тотчас отзывается и поворачивает в нужном направлении. С парусным судном класса "А"  - а "Погория" принадлежит именно к таковым - дела обстоят несколько иначе. Для того, чтобы начался поворот, нужно крутануть руль в нужную сторону пару полных оборотов и подождать. Во-первых, движется эта большая штуковина со скоростью бегуна-стайера, а не гепарда, во-вторых, не имеет жёсткого сцепления с твёрдой поверхностью, в-третьих - она тяжёлая. А ещё - испытывающая качку и открытая всем ветрам. Поэтому судно по определению  не сиюсекундно слушается руля. Вопреки бытующему мнению, показания компаса на дисплее у рулевого не могут застыть на заданном курсе, скажем, "триста сорок". Они будут постоянно меняться то одну, то в другую сторону вне зависимости от того, насколько мужественно рулевой выпячивает нижнюю челюсть, хмурит чело, подставляет лицо ветру и широко расставляет ноги. На море понятие константы весьма относительно.

Вообще, "Погория" спроектирована и построена очень грамотно. Вполне может сама идти заданным курсом, отклоняясь лишь на пару румбов, и задача вахтенного на руле - вовремя вносить необходимую коррективу. Наблюдение за нашими юными подопечными привело к интересным результатам. Увидев, что судно забирает влево или вправо, неопытные ещё парни начинают что было сил крутить рулевое колесо. Вот уже судно начало поворот в нужную сторону - тут бы нужно остановиться и подождать - а они всё ещё суетятся и продолжают "рулить" со всей силушкой молодецкой. Ура! На дисплее компаса мелькнули цифры заданного курса! Но судно-то по инерции продолжает поворот, так что руль приходится перекладывать в обратную сторону и, что примечательно, с тем же результатом. Так и идём зигзагами. А вот у девчонок всё наоборот. И я даже не знаю, с чем это связать. Они точно так же видят, что уходят с курса, точно так же поворачивают руль в нужном направлении, но без мальчишеского фанатизма. То ли силы экономят, то ли просто по-женски чувствуют "Погорию", но факт налицо: вахту на руле девчата осваивают практически сразу, а ребятам всё-таки требуется какое-то время. Кстати, насчёт женского чутья и взаимопонимания: даже в английском языке, где категория рода для неодушевлённых существительных вообще отсутствует, про суда и корабли всегда говорят "она". Даже если это "Иван Фёдорович Крузенштерн", на котором, если не ошибаюсь, бабушка Матроскина служила судовой кошкой. Такие дела.

Кстати, возможно, девчата хорошо ведут "Погорию" из-за гендерной приспособленности к многозадачности. У мужской части человечества способность заниматься двумя-тремя делами подряд просто не заложена природой. А у женщин - пожалуйста. На руле вообще хорошо думается. Стоишь себе один в рулевой рубке, смотришь на звёзды и огоньки на морском горизонте, а в голову табунами лезут всякие хорошие мысли. И песни хорошо пишутся. Но лучше не писать, а смотреть на компас. Доказано эмпирически, да.

Я вас не замучил ещё своими узкоспециальными рассказами? Ну хорошо, давайте, как говорится, о приятном. 31 августа погорийцы отметили первый за наш поход день рождения. Именинницей стала Наталья - учительница английского языка из Польши. На утреннем подъёме флагов после традиционной речи капитана мы её поздравили робким исполнением "Happy birthday to you" и традиционной польской "Sto lat". Вручили стенгазету и искупали в аплодисментах. Но ещё накануне вечером я заметил, что Лида - погорийская учительница русского языка и литературы из Краснодара - что-то с заговорщицким видом пишет на листочке бумаги. Оказалось - рецепт праздничного пирога с яблоками. Который собственноручно и приготовила при содействии кока Сильвека втайне от Натальи и большей части экипажа. Именинница была счастлива, задула свечи и, наверно, загадала желание. Пирог же был поделен между всеми погорийцами и имел оглушительный успех. И Сильвек в очередной раз обрадовал команду виртуозно исполненным обедом, где на первое оказался борщ, а на второе - каша с обалденным мясом в овощной подливе. Борщ вообще вызвал дикий восторг. Российская половина команды дружно попросила добавки ))

Следующий день рождения, если не ошибаюсь, у Арины. Очень милой девчушки из второй вахты - умницы-красавицы. Мы с ней давеча встретились в том самом лервикском гипермаркете, который вовсе даже никакой и не "гипер-" в нашем понимании слова, но в самом деле, кажется, самый большой магазин в городе. Так вот Арина катила тележку со сладостями и задумчиво прикидывала в голове, хватит ли их, чтобы угостить всех. Привлекла к этим размышлениям и меня. Я тоже люблю сладкое, но как-то плохо соображаю такими вот масштабными категориями. Мне показалось, что закупленного хватит не просто угостить, а накормить весь экипаж сладким до степени "слипнется". Но я могу и ошибаться.

Кстати, сладкого в Лервике накупили практически все. Ваш покорный слуга - не исключение. Кормят на "Погории" вкусно и сытно, но иногда хочется отломить ломтик шоколадки и сплющить его во внеурочное время - например, перед отбоем, когда многие заваривают кофейку, который также не входит в судовой рацион. А ещё у шотландцев оказались на редкость вкусные чипсы (вернее, криспсы - помните, я рассказывал?) То есть, имеются в продаже и всем привычные - те, что можно легко и непринуждённо купить в России - а есть и местного производства. Они не такие тоненькие и ломкие, кроме того - безо всяких красителей, усилителей вкуса, ГМО и прочей ерунды. Картошка и соль. Всё. А больше ничего и не надо. Я угомонил упаковку таких, урча от восторга. А вот дети предпочли знакомые "Принглз" и иже с ними. Но тоже урчали от восторга, поглощая чипсы пачками. Некоторые, правда, купили кукурузные - которые нужно макать в соус "сальса" - и разочаровались в лервикских чипсах навсегда. Ясное дело, поглощали их без сальсы.

(неожиданно) -

...Почему в море так быстро растут волосы? Или мне показалось? Из дома десять дней назад выехал аккуратно подстриженным, а сейчас смотрю в зеркало - отрасли какие-то лохмы, и борода стала, как у басмача. Басмачество, конечно, ликвидировал как класс канцелярскими ножницами, а что делать с волосами пока не знаю. Смотрю на мальчишек - вроде, тоже обрастают. А что будет в благодатном южном климате? В общем, поживём - увидим.

  А до благодатного южного климата ещё недельки полторы-две. Сейчас мы обходим северную оконечность Великобритании - и полный вперёд дальше на юг. Пойдём мы на Азоры или сразу на Мадейру - пока не очень ясно. Синоптики обещают штиль в атлантических водах. Мы, конечно, можем какое-то время просто дрейфовать, но ветер, время и запасы пресной воды играют ключевую роль в выборе направления. На Азорские острова очень хочется - там сумасшедше красиво. Я на всякий случай скрестил пальцы. Только тсссс! Никому!!!

  Синяки на всех выступающих частях тела участников нашей команды из сочно-фиолетовых начали превращаться в размыто-бурые. Ну оно и пора уже. Пусть исчезают, пока мы носим тёплые штаны и куртки, а то в футболках-шортах наша команда выглядела бы в высшей степени подозрительно. Впрочем, погоды нынче стоят такие, что новые гематомы появляются безо всяких проблем. Сегодня ночью, например, первая вахта несла службу на палубе с ноля до четырёх. Сначала был просто ветер, а потом ка-а-а-ак ливану-у-уло! Ветрище к утру поднялся - около сорока узлов. Плюс-минус. Это, если не ошибаюсь, семь баллов по шкале Бофорта. Плюс, по выражению Казимира, стоявшего вахту как раз перед нами, на палубе "холодно, jak cholera ". Ну и качка соответствующая. Крен судна, судя по показанию прибора, достигал 35 градусов. Как бы теперь объяснить, что это такое... Представьте, что под вами пол на такой угол наклонился. Представили? Вот. Плюс ветродуй с ног сносит. Ходить по палубе ночью молодёжи запретили. У некоторых ребят-девчат приключился рецидив морской болезни, но большинство всё-таки осталось на ногах.

А у "Погории" оказалось очень много выступающих частей, о которые при качке так и норовишь треснуться. Позади рулевой рубки, например, есть кнехты и кабестаны (это такие приспособления для швартовки, крепления и натягивания снастей), которые в темноте не разглядишь - нужно просто знать, что они здесь. Как суслик. Мы его не видим, но он есть. Там же стоит нактоуз с магнитным компасом (электроника электроникой, но магнитный есть обязательно на каждом судне, а нактоуз - это такая деревянная башенка, в которой живёт компас), и "аналоговый дисплей" угла поворота руля. Вам знакомо ощущение, когда ночью спросонья в темноте ударяешься мизинцем ноги о ножку кровати или голенью - о её угол? Вот. Умножайте примерно на пять. Я ещё два года назад "собрал" все вышеупомянутые приспособления, прекрасно помню, где они, но и сейчас нет-нет, да и треснешься. Кроме синяков в околоштормовой среде активно размножаются также царапины и шишки, но никто уже внимания не обращает.

А вообще, вахты для большинства тинейджеров уже стали чем-то привычным и обыденным. Все знают, что, например, после ночной с 00:00 до 04:00 или с четырёх до восьми фиг выспишься, а камбузная - наоборот: располагает к отдыху, стирке, приведению себя в порядок, учению уроков (господи, о чём это я?), и при этом не нужно вылетать с вытаращенными глазами на палубу, когда объявляют аврал на паруса или маневрирование. Впрочем, есть отдельные удивительные личности, которым скажешь, мол, слушаем внимательно: сбор у камбуза в 17:45 - нужно будет накрывать ужин, все поняли? Угу. А сами приплывут четверть седьмого, сделают круглые глаза и скажут: "а чё, я не знал", "ой, я спала, а меня никто не разбудил", "дык я был в туалете" или "а я всех дожидалась". Жуть! Безответственность и неорганизованность поначалу иногда просто зашкаливает, хотя, вроде, взрослые уже люди. И чуть что - включают, как говорится, дурачка. Бесхитростно и безыскусно. "Я забыыыыыл..." Но, повторю, это касается лишь отдельных личностей. А хорошие примеры буквально рядом ходят - такие же парни и девчата из того же Ржева. Или, скажем, из Лодзи или Кракова. В тех же вахтах. Им тоже не хочется на зарядку, учить уроки или выполнять рутинную работу, но к ним - никаких претензий. Опять же, в большинстве польской половины экипажа с дисциплиной всё в порядке - воспитание сказывается. Подчеркну, в БОЛЬШИНСТВЕ половины экипажа. Потому что не желающие взрослеть, а также лентяи и озорники есть везде - это явление интернациональное. :-)

  У меня вообще частенько возникает вопрос: а были ли у Жюля Верна дети? Вот как раз такого возраста? Ведь пришло же ему на ум написать "Пятнадцатилетнего капитана". От какой печки он танцевал, создавая этот образ? С кого его срисовал? Я вот допустил на минуточку, что с некоторых из наших погорийцев - чуть слезу не пустил. Вот, допустим, ночная вахта, стоит себе человек "на оке" или "на лукауте". Это одно и то же - просто погорийский язык богат синонимами. Есть и русский вариант - "вперёдсмотрящим". Что должен делать вперёдсмотрящий? Правильно. Само слово подсказывает - во все глаза смотреть вперёд. Заметили что-то - доложили вахтенному офицеру, мол, по левому борту на десять часов подозрительный огонёк, а ещё - буйки рыболовных сетей. Как бы нам не зацепить их. А ещё справа по борту на три часа какой-то волосатый и бородатый мужик на плоту прыгает и руками машет. То ли Фёдор Конюхов, то ли Робинзон Крузо. Может, спасём? Вахтенный офицер принимает решение спасти пострадавшего и благодарит за службу бдительного вахтенного. А что делает этот вахтенный на самом деле? А он сначала опаздывает на вахту, объясняя это тем, что ходил медитировать к фарфоровому оракулу, а дело это не только безотлагательное, но и не терпящее суеты. Через полчаса, правда, уже забывает эту версию и, как ни в чём ни бывало, снова просится в туалет. Достигнув, наконец, места, определённого старшим вахтенным, он усаживается на палубу, прислонившись к рубке, опускает до носа капюшон штормовки и начинает "нести службу". Особо одарённые несли её и лёжа - это давнишнее погорийское ноухау. Судовое начальство эту практику зарубило и наказало стоять вперёдсмотрящим на своих двоих. Во избежание, как говорится. Встали на ноги. Не знаю, помогло ли это. У меня осталось стойкое убеждение, что если мы даже будем проплывать мимо терпящего крушения Робинзона Крузо в пяти метрах, если он будет во всё горло орать "heeeeelp!" и запустит с отчаяния башмаком в спящего вахтенного - толку всё равно не будет. Даже если попадёт.

Всё, прекращаю своё ворчание - понятно же, что это я любя на детей ворчу и немного сгущаю краски, чтобы вся эта моя писанина не показалась вам очень скучной. Поэтому хоть тут поругаю бездельников и двоечников. Обоих полов. А то они привыкли, что дядя Олег (или просто Олег) - добрый. И, кстати, пользуются этим. Редиски )) А вот называть себя по имени-отчеству я нашим ребятам сам не рекомендовал. Ведь экипаж международный, у поляков отчеств нет, да и Олег Алексеевич им было бы хлопотно выговаривать. Хотя... Человек, говорящий по-польски, наверно, выговорит всё - фонетика этого языка лично мне показалась более сложной, чем русская )) И - да, нас - взрослых - тоже после выхты вырубает. Только тссссссс! ;-)

А мы уже прибываем в испанский порт Виго. Неделю шли без остановок из Шотландии. Скоро швартуемся. Скоро wifi. Скоро берег. Да, именно в этой последовательности я расставил приоритеты. Я тоже соскучился по тем, кто ждёт на берегу, поэтому сначала связь, а потом уже красоты испанского города на побережье Атлантики.

Часть пятая

- Олеееег, мы все такие тоооолстые!!! Ужас!!!

- ???

- Я говорю, жирные мы! Смотрите, какой живот! Мы с девчонками купальники перед южными морями примерили - все в шоке!..

Смотрю на продемонстрированный "живот" и пытаюсь сообразить, где повод поднимать панику. Не нахожу, в чём тут же признаюсь.

- Да вы что! Знаете, какая я раньше была?! Кубики пресса, плокий живот! А сейчас вон сколько лишнего наросло! Пойдём с девчонками в Виго новые купальники искать!

На самом деле опасность поправиться на "Погории" есть. Имя нашего кока - Сильвестра - стало среди погорийцев уже легендарным. И легенды эти передаются из года в год. Помните пирамиды и вавилоны продуктов, которые мы загружали на судно в Амстердаме? Количественно там было много всего, но не можем же мы везти с собой ассортимент закупок дорогого ресторана со всякими там лангустами и трюфелями. Картошка, морковь, свёкла, лук, крупы, макароны. Мясо, рыба, колбасы, ветчина, молоко, сыры. Всё необходимое. Ну и остального по мелочи. Поэтому сначала у новичков может возникнуть подозрение, что питаться придётся однообразно и скучно. И вот тут кроется главное заблуждение. 

Сильвестр - для друзей Сильвек - умудряется не повторяться и пополняет копилку рецептов каждый рейс. Помню, в 2013-м - во время первой полномасштабной польско-российской "Школы под парусами" калиниградская часть экипажа настолько соскучилась по борщу, что девчонки уговорили Сильвека приготовить его совместными усилиями. Мама одной из них прислала рецепт, все ингредиенты оказались в наличии - можно попробовать. Получилось обалденно, и теперь борщ стал частью постоянного меню "Погории" наравне с польским журеком (кстати, тоже очень вкусный суп, напоминающий привычную нам солянку - "вот точно такой же, но совсем другой")). Кстати, борщ в Польше тоже любят, и готовят самые разные его варианты - от классического "червоного" (красного), до импровизаций с фасолью и другими ингредиентами. А вообще, первых блюд мы перепробовали столько, что каждое из них за месяц оказывалось на столе от силы дважды. А это, на минуточку, четыре недели. То же самое и со вторым. Вкусно и очень разнообразно. Мясо и курятина жарится, тушится, превращается в отбивные, стейки, шницели, котлеты, строганофф и всякие другие вкусности. Спагетти, рагу и даже мои любимые голубцы - это всё мы тоже едим. Картошка - и в виде пюре, и жареная, и даже во фритюре. На десерт бывают фрукты и - пару раз - сладости. Многие сравнивают обеды на "Погории" с домашними - и небезосновательно. Кстати, вахтенным работать с Сильвеком вполне комфортно. По-русски говорит очень хорошо, и друзья у него в России есть - вот совсем недавно, например, вернулся из поездки на Байкал со множеством прекрасных впечатлений. Эх, сейчас бы пельмешек по-сибирски!..

  Завтраки и ужины, конечно, стандартные - иначе вахте по камбузу пришлось бы безвылазно что-нибудь чистить. А так - обязательная нарезка из разных сыров и колбас, плавленые сырки, огурцы-помидоры, бутербродное масло, джем, чай с лимоном и сахаром. По утрам ещё хлопья с молоком, иногда горячие сосиски или сардельки, варёные вкрутую яйца или яичница-болтунья с беконом. Вечером - какой-нибудь салатик или что-то посущественнее и погорячее. Например, сегодня - тушёная с беконом фасоль. Писк нынешнего сезона - горячие бутерброды, которые каждый конструирует себе сам и греет в микроволновке. В общем, питаемся вкусно и сытно. Не съеденное за день остаётся для тех, кому захочется подкрепиться. Кок всегда готовит с учётом добавок и даже немного больше того.

Но ведь и это ещё не всё. Перед сном открываются клубы любителей какао, киселя и сладкого. Какао выдаёт Сильвек. Вообще-то, на всех, но бывает по-всякому )) Особенно активно сладкое поглощается после захода в порт. А с недавнего времени появилась мода на блины. Их однажды затеяла Лида - ей вообще нравится выпечкой заниматься. Блины достались всем. Очень понравились. И понеслось. Теперь их пекут повахтенно, причём, как правило, строго для "своих" - другие вахты не приглашают. Иногда и "свои" делятся на тех, кто зажуковал общее какао, и тех, кто печёт блины.

В общем, сплошное обжорство. Может быть, жалобы на то, что "мы тооооолстые", и имели бы под собой основание, если бы не строго определённый распорядок жизн на "Погории", где в койке после обеда не особо поваляешься, да и физических нагрузок хватает. В общем, всё сгорает.

P.S. Купальники девчонки так и не купили - истратили деньги на что-то другое и вряд ли очень нужное. Да и не нужны им новые купальники - никакие жиры и из старых не вываливаются ))

На том и завершу своё лирическо-кулинарное отступление. На чём я давеча остановился? Ах, да, мы ведь к Испании подошли!

- ...А что, правда в Виго можно уже в шортах выходить? И не холодно будет? Ураааа! Наконец-то!

  А ведь в самом деле стык августа и сентября получился для нас, пожалуй, несколько прохладным. В Варшаве было очень комфортно в футболке и шортах, в Амстердаме - тоже. А вот в более северных широтах приходилось кутаться, и все шаблоны относительно погоды трещали по швам - с первым снегом я мысленно поздравил нас аккурат в День знаний. Он (снегопад) был совсем коротким - как раз во время школьных занятий - но белые мухи летали очень заметными роями и были  довольно колючими на пронизывающем ветру. Кстати, о ветре. Вспомнилась мне чья-то древняя КСП-шная песня про то, как "и вновь звенит бакштаг, как первая струна". Подошёл, послушал. Не звенит, но в самом деле поёт. Тон постоянно меняется в зависимости от силы ветра, но звучит неожиданно высоко. Как первая струна, но у контрабаса. Что, собственно, не удивительно - у нас бакштаги (это такие растяжки, удерживающие мачту сзади) представляют собой металлические тросы в палец толщиной. Ну да ладно, из песни слова не выкинешь - тем более, не я её написал.

Несколько слов об испанской Галисии и Виго - городе, в котором хочется остаться.

  Испанский берег подарил нам восход в дымке и невесть откуда взявшийся туман, который стелился над морем совсем по-сухопутному - как над каким-нибудь озерком в середине Центральной полосы России. В голове почему-то вертелись слова "откуда у парня испанская грусть", но, похоже, кроме меня их на борту вообще никто никогда не слышал. Накакуне во время вахты девчонки и мальчишки делились своими пока ещё не очень оформившимися ожиданиями и предвкушениями насчёт Испании. Для кого-то она ассоциировалась с загорелыми темноволосыми мучачос с гитарами и пиками для корриды, для кого-то - внезапно - с русалками. А Виго со стороны воды оказался типичным приморским городом с доками, причалами, солидными портовыми кранами и целым лесом многочисленных мачт небольших парусных судов. Среди всего этого несколько обособленно пристроился гигантский круизный лайнер серии "Коста" - я его видел на том же месте аккурат два года назад. Такое ощущение, что он и не отчаливал. А, может, это другой был - они ведь похожи, как близнецы.

Перед выходом в порт - обязательное построение с подробным инструктажем на тему "что и как". Вообще, потеряться в большинстве портовых городов действительно не представляется возможным. Улицы в таких городах могут петлять самым затейливым образом, но, если идут под уклон - значит, ведут в сторону гавани. Если наверх - дальше в неизвестность. Свидетелем обязательных перед выходом в город приборки судна и исправления двоек я уже не был: накопилось два гигабайта съёмок и продолжение путевого дневника, которыми мне нужно было срочно поделиться с вами. Поэтому опросился у капитана пораньше, чтобы поскорее найти wifi и отправить свои видеозарисовки вам. Оно, конечно, не проблема - отправить пару гигов в соцсети и на ютуб. Когда дома есть выделенка. А вот когда приходится пользоваться слабеньким вайфаем в блишайшей кафешке, на загрузку материала уходят часы. Которые очень хотелось бы провести на городских улицах, глазея на местные достопримечательности, наблюдая за жителями, погружаясь в непривычную атмосферу жизни портового города, о которой нет ни слова в глянцевых туристических проспектах. По Виго я гулял большей частью в одиночестве, когда управился со всеми делами.

Собственно, по этой причине в моём видеоролике о Виго совсем нет наших юных погорийцев. Они разбились на комфортные им группы и отправились "покорять город". Некоторых, конечно, встречал в течение дня, потому что гуляли мы по одним и тем же местам, хотя приоритеты ставили для себя разные. Перед походом многие родители спрашивали меня, сколько давать детям денег. Ответить на этот вопрос было сложно, потому что потребности у всех разные. Малгожата - наш польский ангел-хранитель, например, предположила, что двух сотен евро будет за глаза - мы ведь на полном пансионе на "Погории" живём. Ага, как бы не так! Мы уже убедились, что за пару недель один среднестатистический вкусно- и сытнонакормленный погориец вполне может потратить 80 евро "на еду". Нет-нет, не на экзотических голубых крабов, устриц и лангустов в ананасах, приготовленных горячим мучачо на углях и поданных на серебряной тарелке, а на банальные шоколадки, колу и чипсы.

Кстати, за дегустацией местной кулинарной вкуснятины я как раз никого из молодёжи и не заметил. Ну никак не интересно им попробовать национальную кухню. А вот то, чего и дома завались, покупают пакетами. Прогулки по городу у многих тоже своеобразны. Вечером, делясь впечатлениями о прогулке, я могу рассказывать про Устричную улицу, где целый квартал занят одними лишь ресторанчиками, предлагающими дары моря, про центральный бульвар, где растут столетние каштаны, бьют красивые фонтаны, расположены разнообразные памятники и инсталляции, про любопытную достопримечательность О'Кастро, где разбит красивый многоуровневый парк с крепостью и шикарными площадками обозрения наверху. В ответ на этот рассказ можно услышать увлекательнейшую историю про то, что "я тут такую классную толстовочку оторвала - всего 20 евро! И вообще, в том зелёном большом гипермаркете нет ни фига интересного, а вот мы зашли в магазины чуть повыше - там вообще аааааааабалдеть!" ))

...А Виго очень красив. Зелёный, очень разный и уютный. Дома старинной постройки тут непринуждённо уживаются с современными; иногда очень эклектично, но ничуть не нарушая общей гармонии. Здесь много любителей как оздоровительных пробежек, так и вечерних посиделок в ресторанчике за бокалом вина и сигаретой. На работу здесь часто ездят на скутерах - в деловых кварталах возле солидных офисных зданий ими заполнены чуть ли не все стоянки. Я встретил в Виго всего двух или трёх котов, зато собачников здесь - великое множество. Многие гуляют со своими питомцами по бульвару, не забывая убирать за ними продукты жизнедеятельности - об этом напоминают и указатели, и специальные ящечки, из которых можно выудить целлофановую перчатку и в них же вернуть её обратно вместе с содержимым.

На Устричной улице в самом деле очень вкусно кормят. Собственно, устрицы там разделывают прямо посреди улицы на специальных столах: шесть штучек, сбрызнутых лимонным соком, обойдутся в девять евро. Дяденька, вскрывающий раковины, а месте прелупреждает, мол, "но бир, но уайн - ойстерз соло!" - то бишь, запивать устрицы чем-нибудь бодрящим - моветон! Ими нужно наслаждаться! Ну... я бы сказал, на любителя. А вообще, заказать там можно что угодно - десятки видов блюд из моллюсков, головоногих, членистоногих и прочей морской живности. Трапезничают как туристы, так и сами горожане - популярное местечко. Кстати, никогда не относитесь с пренебрежением к совету посещать именно те рестораны или кафе, куда ходят местные жители. Пусть даже вы будете ощущать себя несколько непривычно, зато попробуете чего-нибудь не показушного, а настоящего этнического и при этом чуть не вдвое дешевле.  Доказано эмпирически.    

  О'Кастро (или Эль Кастро) я уже видел два года назад, но снова захотелось туда взобраться (если вдруг забыли - это имя не какого-нибудь команданте, а здешней достопримечательности)). Вообще, люблю зелёные города, а тут ещё дождик начал накрапывать - на его фоне густой смоляной и хвойный запах О'Кастро сконцентрировался до той степени, что его можно было нарезать пластами, штамповать ёлочки и вывешивать их в салонах машин в качестве освежителя воздуха. С той разницей, что тут - всё настоящее. И сумасшедше красивое. Но безбрежной синевы моря, белых мачт и панораиы города в этот раз не было видно. Увы.

У дождика были свои планы на продолжение моей прогулки - он ливанул довольно коварно именно в тот момент, когда я уже подошёл к крепости. Небо было залито молоком, моря за туманом стало не видно, съёмка не удалась. Памятуя о том, что на судьбу лучше никому не жаловаться, потопал домой. Разумеется, дождь закончился сразу, как только я спустился с горы. Пришлось зайти на Устричную улицу и заказать себе "огненного осьминога по-кельтски". Его, в отличие от устриц, невозбранно запивать белым галисийским )). Кстати, формулировка "по-кельтски" меня сначала немного озадачила - вроде бы, где мы, а где кельты... Ан нет. Испанская Галисия - вполне себе кельтская территория. 

P.S. Перечитал сейчас последний абзац и поймал себя на том, что автоматически пишу "домой" вместо "на "Погорию". Исправлять, конечно, не буду. Такая ассоциация здесь уже у многих в порядке вещей.

Часть шестая

До свидания, Виго! Что нас ждёт впереди?

   После Виго возникло ощущение того, что мы отправляемся в длительный безостановочный поход до самой Мадейры. Капитан в очередной раз напомнил, что пресная вода - главная материальная ценность на судне. После таких слов все поняли, что выходы в порт не предвидятся по крайней мере пару недель. Соответственно, не будет возможности заново наполнить цистерны живительной влагой. Прежде всего она предназначена для питья и приготовления пищи. Нет, правила личной гигиены, конечно, никто не отменял, но следует помнить, что "Погория" - не "Сандуны". Тут не получится "продлить ещё на часик". Вообще, воду следует выключать даже во время чистки зубов. Плюхнул пасты на щётку и полируй себе на здоровье, сколько влезет. А потом уже включай воду, чтобы прополоскать рот и вымыть щётку. Так что вполне очевидно, что наш инженер-механик, в чьём ведении находится всё санитарно-техническое оборудование и запасы воды на судне, не испытывает восторга при виде длинноволосых девушек. Даже с сугубо эстетической точки зрения. Длинные волосы - они вообще как-то не для моря. Их, например, во время аврала на паруса нефиг делать может зацепить и утащить в тугой блок какой-нибудь шкодливый шкот. Посему барышням велено прибирать свои локоны на палубе. Впрочем, это правило часто нарушается.

На палубе вообще много чего нельзя. Например, пользоваться во время вахты электронными устройствами вроде мобильников, планшетов и плееров. И на суше-то до человека с наушниками фиг докричишься, а уж на море - и подавно. Не зря лет тридцать назад первые появившиеся у нас плееры сразу нарекли "дебильниками" - тот ещё бывает видок у человека, которому пытаешься что-то сказать, а у него в "ушах" - музон на всю катушку. Главное, чтобы ещё подпевать не начал. Как правило, это получается очень громко, не в такт и мимо нот )) А ведь вахтенному нужно курс сообщать, да и вообще поддерживать визуальный и вербальный контакт. Мало ли чего. Это правило, конечно, тоже часто игнорируется, поэтому родителям не следует удивляться, если их чада звонят с чужого номера. Это лишь означает, что свои телефоны у них временно конфискованы. Спать на палубе тоже, вроде как, не положено, но выходить на неё в потёмках нужно очень осторожно, потому что бравые матросы дрыхнут где ни попадя. Что характерно, они выбирают места, чтобы разлечься, совершенно не обращая внимание на то, насколько часто здесь ходят другие. Заняли место под Луной - и точка. Зато, небось, дома будут рассказывать, как ночами тянули лямку службы, не смыкая глаз ))

  Хорошо, что капюшоны и вставки форменных курток сделаны из светоотражающей ткани - хотя бы видно, где голова. Но ведь куртки скоро снимем, а сны в потёмках продолжатся. Сердобольные родители, наверно, вздохнули: не высыпаются дети-то. Разубеждать не стану - в самом деле сна хотелось бы побольше. Но невысыпающиеся дети по ночам или перед вахтой свободное время посвящают как раз просмотру опусов из сонотеки почтенного Морфея, а не снуют по кубрику, не гремят посудой, не шуршат шоколадками и не смотрят после десяти вечера фильмы на планшетах и ноутбуках (последнее, кстати, тоже официально запрещено).

  Вот у многих, наверно, возникает вопрос, почему я пишу обобщённо, а не конкретно - называя "имена, пароли и явки". Я, конечно, знаю, что тем самым нарушаю основное правило документалиста, но мне хочется, чтобы нас воспринимали как единое целое. Как команду. Чтобы, когда пишу о чём-то хорошем, позитивном, родители гордились своими детьми и вместе, и в частности - а вдруг это про моего/мою написано? Точно так же со всякими промахами и косяками - разделим на всех. Увы, не обходится у нас и без проступков, о которых писать не хочется, но тут родители причастных, конечно, в курсе. Не буду выносить сор из избы. Я люблю нашу команду. И она об этом знает.

Несколько невзаимосвязанных слов о моряке Томаше и городе Порто.

  Что-то я отвлёкся. Где мы сейчас? Ах, да, из Виго вышли. Так вот, каково же было наше изумление, когда через пару дней выяснилось, что мы зайдём в португальский порт Лейкшоеш. Не уверен насчёт правильности написания названия этого города, проверить негде, ну да не беда - понадеюсь на интуицию. В конечном итоге мы туда всё-таки зашли. Почему? А потому что буквально через день после нашего прибытия в Лейкшоеш оттуда собирался отправиться в путешествие известный польский яхтсмен Томаш Чихотский.

Вроде бы, что тут такого? Мало ли людей ежедневно отпрваляется в путешествие? Ууууу, брат! Тут всё дело в том, какие люди и какое путешествие. Томаш решил уйти в одиночную кругосветку на яхте без захода на сушу. Вообще. В принципе. Конечно, мимо такого события мы не могли пройти - как-никак, теперь стали ему родственными душами. И "без захода в порты" воспринимаем как высшую степень морского героизма. Вообще, две попытки такого похода Томаш уже предпринимал, но оба раза эти попытки мистическим образом срывались возле южноафриканского Порт-Ройяла. То выбил себе гиком плечо и вынужден был обратиться ко врачу, то вдруг - при второй попытке - вообще мачта рухнула. Сейчас объясню. "Мачта рухнула" - это не в смысле "крыша поехала", а вот прямо буквально рухнула. Гик - это подвижная часть рангоута, к которой нижней шкаториной крепится косой парус...ээээээ... в обшем, такая штука, которой на яхте при свежем ветре получить в лоб или в то же плечо - нечего делать. Вот теперь Томаш решил попробовать в третий раз. На яхте - только самое необходимое. 9/10 полезной загрузки - вода и продукты питания. Яхтсмен поднялся к нам на палубу, побеседовал с капитаном и офицерами, сфотографировался с молодёжью и ушёл. Один. Вокруг света. Без остановок. Такие дела. В добрый путь тебе, Томаш! Семь футов под килем!

Мы проводили его по всем правилам морской вежливости - держались чуть поодаль и сзади, одновременно салютуя с фок-мачты. "Салютуя" - это когда команда стоит на реях "звёздочками" и горланит специальные кричалки. Пушек, чтобы бабахнуть в добрый путь, у нас, увы, нет. Коль скоро мы всё-таки остановились в порту, капитан разрешил ещё немного позакалывать школу и съездить в город Порту. Мы разобрались на вахты, уселись в пригородный автобус и где-то через полчаса вышли "у незнакомого посёлка на безымянной высоте". Ещё дома мы, конечно, прикидывали, в каких городах остановимся, искали, что в них можно посмотреть, читали историю, скачивали карту, чтобы быть ко всему готовыми. Порту оказался неожиданностью. Очень, кстати, приятной. Я в автобусе разговорился с девушкой - уроженкой Порту. Она сказала, что шести часов по уши хватит, чтобы осмотреть весь город (не хватит! - О.Б.) Подсказала, куда непременно нужно сходить, что и где попробовать. Выйдя вместе с нами на одной остановке, ещё раз сориентировала по всем направлениям и внезапно по собственной инициативе научила прощаться по-португальски. Это когда нужно обнять и чмокнуть в каждую щёку. Даже если вы только что познакомились в автобусе. Пришлось сообщить, что у нас принято целоваться троекратно. Девушке такую традицию одобрила. Наши "папарацци" культурный обмен тоже оценили, встретили дружным хихиканьем, щёлканьем фотоаппаратов и обещанием не шантажировать ))

Что пробуют в Порто, я и так знал. А вот гулять по нему и глазеть по сторонам можно очень долго. И не надоедает. Специфическая португальская архитектура (почему-то в голову лезет определение "колониальная", но, наверно, не она), крупная фактурная и яркая черепица на крышах домов, узенькие улочки, красивые и строгие церкви, мрачноватые крепостные стены, светлые дома с небольшими окнами, просторные площади, множество памятников, безмятежная, развесёлая и многоцветная набережная - тут всё есть.

Я стоял минут десять на одной из площадей и слушал трубача. Просто уличного музыканта. Труба сверкала на солнце своими изгибами, из-под шляпы куда-то вдаль смотрели грустные глаза, а над площадью разливалась мелодия совсем неожиданной в Португалии и до мурашек актуальной песни "Уходим завтра в море".  А потом что-то ещё из нашего, до боли знакомого, ещё доперестроечных времён... Играл он не для кого-то. Во всяком случае, никого вокруг этого музыканта не было. Он просто играл. И улыбнулся одними глазами, когда я звякнул своей монеткой о скудную медную россыпь в открытом кофре его трубы.

Центр города в самом деле очень небольшой. Но лично мне уходить оттуда не хотелось. И вообще, я люблю не только отполированные для туристов центральные улицы - мне нравится смотреть на "настоящие" кварталы. Там, кстати, тоже чисто и уютно. Небольшие окна со ставнями-жалюзи, маленькие клумбы, отделка изразцом, то и дело попадающиеся портреты святых, которые покровительствуют проживающим в том или ином доме семейству. Очень мило. Бывают улочки в два-три дома, и в их хитросплетении запросто можно заблудиться, хотя меня сия чаша - к великому изумлению - миновала. И ещё: будете в Порто - обязательно посмотрите на город с моста. Потрясающе красиво. В обе стороны. Спуститесь на набережную - там жизнь кипит ключом, а в многочисленных летних кафе можно вкусно перекусить. И - да, после обеда попросите официанта рюмочку порто. Не портвейна, а именно порто -так его называют на собственной родине. И именно рюмочку. Для благодушного настроения и любви ко всему человечеству.

Часть седьмая

И снова Португалия!

Ну уж теперь-то точно берём курс на Мадейру. Это тоже Португалия, правда нисколько не континентальная, а атлантическо-островная. Помню, в ранней юности коллекционировал марки - не по какой-то тематике (космос, скажем, или живопись), а разных стран. Желательно, далёких. И была среди них португальская марочка с надпечаткой FUNCHAL. Для моего тогдашнего пятнадцатилетнего воображения - нечто невообразимо далёкое, очень христофороколумбовское и почти невозможное даже в рамках мечты. Вот в те края мы и направились. Безо всякой мечты, а деловито ставя паруса. Правда, капитан сказал, что ветра в близлежащей Атлантике нет совсем, но нам уже не привыкать дрейфовать. Прошу обратить внимание, не дрейфить, а дрейфовать. Разница не только в нескольких буквах. Дрейфят те, кто чего-то или кого-то испугался. А в безветрие морякам парусного флота приходится болтаться среди волн, ожидая хоть малейшего дуновения - вот это и называется дрейфом. Правда, дрейфовать лучше поюжнее - там можно устроить купание посреди океана - удовольствие, которое заслуживает отдельного рассказа, и о котором я непременно напишу, когда будет повод. А сейчас ещё прохладно.

Кстати, и штиля вовсе нет - ветер потихоньку, но тянет. Что там у нас на карте? Так, стоп... Следующий пункт назначения - португальский Сетубал? Ух ты! Значит, всё-таки увидим Лиссабон с его знаменитыми жёлтыми трамвайчиками?

Нелирическое отступление

Вести о вероятном заходе в очередной порт на "Погории" передаются шёпотом. Чтобы не сглазить. Ведь все знают, что капитан Кшиштоф Барановский море любит намного больше, чем сушу, поэтому лучше не приставать к нему с вопросами о портах. Если он решит остановиться, сам об этом сообщит. Вот и я пока не буду ничего такого писать: поживём - увидим. (Вы тоже заметили, что я очень люблю эту поговорку?)

 А ведь уже истекли три недели нашего похода. Спрашивал у ребят, как заметно они прошли или насколько мимо. Многие сошлись во мнении, что как-то уж очень быстро. И это можно назвать очень хорошим признаком, ведь медленно тянется время лишь у бездельников и у тех, кто ждёт на берегу. Коль скоро ко вторым нас отнести нельзя, получается, что не зря мы в этот поход пошли. А ещё аккурат по прошествии трёх недель путешествия начинает действовать закон, который открыл капитан Барановский. Он назвал его "теорией океанических чувств". Суть её заключается в том, что если в самом начале морского похода человеку что-то не понравилось, то спустя три недели к этому "что-то" уже возникнет стойкая неприязнь. Объектом неприязни вполне может быть и человек. Ну и наоборот: если на старте что-то (или кто-то) вызывает симпатию, то через два десятка дней эта симпатия развивается в абсолютное обожание. Практика в очередной раз показала, что так оно и происходит. Разумеется, уже приключились романы - в том числе и международные - но пока я ограничусь лишь констатацией этого факта, а там - посмотрим )). Есть, конечно, и антипатии. Вообще, должен признаться, с эгоцентризмом у многих школьников под парусами всё-таки перебор. Дома они привыкли быть центром внимания и, вероятно, ожидали здесь того же самого. Ан нет. Тут ведь всем до лампочки, кто у тебя родители и насколько "чёткий пацанчик" ты у себя "на раёне" (да, именно в такой орфографии). Здесь ты такой, каким успел себя зарекомендовать. Тут не будут закрывать глаза на "милые шалости", а спросят, как со всех. И похвалят точно так же, если молодец. Я говорю не только про россиян и не только про мальчишек. Есть у нас и "принцессы", которые пропускают мимо ушей, скажем, распоряжения экономить воду, сказанные и по-польски, и по-русски. Они же упорно игнорируют запрет выходить с распущенными волосами на палубу. Тут бы вот в целях перевоспитания аккурат и включить действенные армейские методы, но, например, в нашей вахте они как-то не приняты. При том, что наш офицер - кадровый военный. Но вот не любит он муштру, казарменные приёмы и "воспитание коллективом" - предпочитает всё полюбовно решать. Мы с Криспином - ещё одним помощником офицера первой вахты - вполне разделяем такой подход, хотя я, например, могу и рявкнуть, если другие доводы не действенны. Этот всегда срабатывает. А вот в других вахтах пожёстче с дисциплиной. Это, кстати, ответная мера на пофигизм отдельных школьников, но за одного порой достаётся всем. По-армейски. Накосячил кто-то, а "упал-отжался" весь взвод. Особо не забалуешь. Отсюда и вектор развития "океанических чувств". Кстати, я тут было затеял видеоопрос среди команды на тему того, что понравилось и не понравилось за эти три недели. Ответы в большинстве случаев получились как под копирку: нравится вкусная еда, нравится взбираться вверх работать с "ройялом" (он же бом-брамсель - самый верхний парус фок-мачты "Погории") и выходить в порты. Не нравится рано вставать, тащить вахту с ноля до четырёх (или с четырёх до восьми - тут мнения разделились) и рано ложиться. Наверно, скучная получится видеонарезка, но, пожалуй, всё равно сделаю. Родителям это важно, а они сейчас - главные зрители моих видеозарисовок. Кстати, а ведь уже обжились ребята-девчата на "Погории". Дисциплину всё-таки немного подтянули, а с обязанностями матросов отдельные ребята справляются не хуже курсантов-практикантов мореходки. Опять же, многие взялись за ум в смысле учёбы, хотя в целом академическая картина - как "Чёрный квадрат" Малевича.  Для понимающих. Но, похоже, началось то взросление, которое я обещал родителям.

Опять я отвлёкся. Где мы? На карту Португалии смотрим? А, да, так и есть. Только не Сетубал, а Кашкайш стал очередным портовым городом, где мы остановились. Очень милое местечко. С большой мариной, чистыми песчаными пляжами и хорошей инфраструктурой как для жителей, так и для туристов. Мы прибыли туда накануне международных гонок на яхтах - как раз рядом с "Погорией" десятки спортсменов и команды обслуживания пару дней готовили свои суда к соревнованиям.  Была там и команда "Катюша" из России. Кстати, заняла первое место. Так что, если верить их спонсору, "мечты сбываются". Впрочем, чего бы им не сбываться с таким-то спонсором. Наши ребята с борта "Погории" гаркнули победителям "РОС-СИ-И-И-Я-А-А!", я проорал "краса-а-а-а-авы!" - те в ответ помахали нам руками.

Кашкайш - ещё один очень приятный во всех отношениях приморский город со всякими интересностями, но мы в нём остановились, чтобы хоть вполглаза взглянуть на красавца по имени Лиссабон и заодно открыть купальный сезон "Школы под парусами 2015". А то всё как-то либо холодно, либо некогда.

Кстати, не сказать, что и в Кашкайше мы изнывали от жары, но что остановит команду, которая уже месяц в море-океане, но ни разу в него ещё не окунулась?  Муниципальные пляжи в этом городке чистые, солнышко нехотя выбралось из облаков и сказало: "У вас есть два-три часа - вперёд!"

Я люблю Лиссабон. Он - из тех городов, которые сразу располагают к себе. Чётко обозначенный Старый Лиссабон со всех сторон окружают районы 50-х - 90-х годов прошлого столетия - здесь, похоже, не практикуют снос старых зданий, чтобы на их месте появиться новостройкам, поэтому город очень... разный. Да, наверно, остановлюсь на этом определении. Буквально соседние микрорайоны могут разительно отличаться друг от друга. Жаль, что не было времени неспешно побродить по мощёным улицам, посидеть в одной из открытых кафешек, столы которых выходят прямо на пешеходную часть, и прохожие ничтоже сумняшеся лавируют среди трапезничающих, спеша по своим делам. Или не спеша. Не заметил я в Лиссабоне той спешки и суеты, которая характерна для многих столичных городов. Даже офисные работники, которых нетрудно определить по одежде, не показались мне куда-то спешащими - вообще, сложилось впечатление, что галопом по улицам носились только мы.

 

Oсновная часть погорийцев отправилась на экскурсию в лиссабонский Океанариум - один из самых впечатляющих в мире - а небольшая группа вместе со мной присоединилась к обзорной экскурсии на открытом автобусе. По городу открыто три линии таких автобусов - красная, жёлтая и синяя. Водитель выдаёт пассажирам наушники, которые нужно подключить к специальной панели на своём месте, выбрать язык, на котором говорит в записи экскурсовод (мы почему-то выбрали русский :-)) - и вперёд. Успевай крутить головой, внимательно слушать и смотреть во все глаза. Маршруты построены так, что каждый захватывает немного исторического ядра, несколько районов прошлого века и часть новостроек. Мы ехали то по узким улочкам Старого Лиссабона, то по широким проспектам семидесятых-восьмидесятых годов, то среди модерна архитектуры или граффити росписи стен новейшей истории. Мне понравилось, хотя Красная линия два года назад показалась всё-таки интереснее. Осталось ещё по Синей прокатиться. В следующий раз - непременно. 

Часть восьмая

Про остров, на котором и без сокровищ хорошо.

Эх, жаль, не попали мы на Азоры... К сожалению, где-то там в Небесной канцелярии или в ведомстве Нептуна тоже работают бюрократы. Не хуже тех, к которым мы дома привыкли. Просили же сделать нам хорошую погоду и правильный ветер, что что-то в их ЖКХ не заладилось. Нет, никто не стал петь нам песню про то, что "износ сетей 70%, финансирования никакого нет ввиду перманентного дефицита бюджета, а недоработки на местах устраняем" - просто не было нужного ветра. И всё. Но спустя сутки после выхода из Кашкайша появилось ощущение, что в Небесное ЖКХ приехал с проверкой Большой Начальник из Центра. Сразу и ветер появился, какой надо, и горячую вод... то есть, солнышко не вполнакала, а на всю катушку включили, да и океан покрасили в синий цвет. До архипелага Мадейра мы долетели пулей. Свежий ветер наполнил паруса, "Погория" шла со скоростью 7 узлов, как будто на круиз-контроле. Команда ликовала.

К несению матросской службы уже изрядно привыкли. В смысле, те у кого был интерес к морскому делу, уже не задумываются, что нужно делать при той или иной команде. Взлетают на реи, ставят и убирают паруса, делают всё необходимое для поворота (на трёхмачтовом судне для этого нужно развернуть все поставленные паруса - довольно хлопотно), уверенно стоят на руле. И девчонки в их числе, конечно. А у кого не было интереса - так и стоят на палубе, считая ворон, пока кто-нибудь не ткнёт пальцем в снасть и скажет, травить её нужно или выбирать. В смысле, отпускать или тянуть. Да-да, к мальчишкам это тоже относится.

Вообще, вот это отсутствие интереса очень удручает. Я сейчас не про матросскую составляющую - я в общем. Конечно, ни в коем случае не в упрёк детям говорю - они такими выросли. Знаю, что похож сейчас на старую бурчащую грымзу, которая завела шарманку на тему "а вот в наше время", но в самом деле ведь, как говаривал один из героев гайдаевского фильма, "никакого романтизьма..." Вы знаете, какие тут над океанскими просторами огромные звезды по ночам светят, а иногда ещё и падают?  А как море ежедневно показывает нам новую серию  "50 оттенков синего"? А как снасти поскрипывают на ветру под аккомпанемент плеска волн?  А как над морем вдруг поднимается рассветная дымка, в которой тает встающее на горизонте солнце? А как потрясающе оно заходит? А как быстро собираются нагромождения облаков и формируется погодный фронт, про который завтра-послезавтра метеорологические барышни в телевизоре будут говорить "циклон, сформировавшийся над водами Атлантики, продолжает движение вглубь европейской части страны"?..

Часто слышу обобщение, что, мол, это всё поколение такое - уткнётся в свои телефоны-планшеты и живёт в полувиртуальном мире. Но нет. Есть детские глаза, в которые я люблю смотреть - они пытливые, с искоркой. У обладателей этих глаз тоже есть электронные гаджеты, но приоритеты расставлены иначе. Им интересно что-то новое. Им интересно открывать для себя многогранность мира. И они, наверно, замечают то, о чём я написал выше. А есть другие глаза. Без искорки. Тем, кто хлопает этими глазами, до лампочки, что они пришли под парусами на остров в Атлантическом океане. Что на этом острове останавливался и какое-то время жил Христофор Колумб, и в том доме есть небольшой музей, за вход в который со школьников деньги не берут. Что вверху в горах на остров открывается шикарная панорама, а классные фото получатся, если пройтись до конца пирса и развернуться в сторону набережной. Не-а. Не надо им этого. Они, выйдя в город, первым делом спрашивают, где тут магазин со шмотками. Или достают баллончик с краской, чтобы написать на стене "Здесь был...". Да-да, буквально. Зачем таким было идти в "Школу под парусами"? Не знаю.

Вы всё ещё огорчаетесь по поводу того, что я в своих заметках имён не называю? Вот и я думаю, что лучше не надо. Но и лакировать действительность не буду - взялся ведь писать путевой дневник, так что делюсь всем, что вижу и о чём думаю.

Всё, не буду больше о грустном. Как вы уже поняли, мы добрались до самой отдалённой цели нашего путешествия - до острова Порту Санту архипелага Мадейра. Я уже говорил, что здесь тоже очень хорошо? Нет? Тогда говорю ))

 

 

Здесь свой маленький мирок. По-моему, большинство жителей друг друга знают. Наши ребята любят измерять города масштабами Ржева - больше или меньше. Так вот здешний городок Вила Балейра намного меньше - его в самом деле можно за полдня весь-весь обойти. Но есть в нём какой-то неповторимый шарм. Микроклимат что ли. Не в смысле погоды. Я не знаю, чем живут его обитатели. В горах что-то разрабатывают - видел там что-то вроде камнедробилки и мужичков в касках. Есть небольшой аэропорт для связи с Большой Землёй, электростанция, школа, больница, полиция, административные здания, пара отелей, благотворительные организации со своими красивыми постройками, что-то ещё, но большей частью, похоже, люди здесь работают в сфере услуг. И живут в аккуратных домиках, выкрашенных, преимущественно, в белый цвет. Очень много кафе, ресторанчиков, закусочных. Магазинов существенно меньше. Набрёл, кстати, и на "шмоточный" - ничего особенного там не увидел. Одежда как одежда. Для островитян, у которых лето до ноября продолжается. А по нашим меркам - вообще не прекращается. А ещё мы встретились с руководством местного яхт-клуба - эти ребята давно дружат с "Погорией", с интересом пообщались с нами, показали остров и устроили экскурсию в здешнюю школу. Оказалось, очень привычная нам по своей планировке школа - разве что пальмы во дворе растут вместо лип. А так - те же классные комнаты, учительская, библиотека, столовая, та же Клавдия Петровна, которая звонки даёт. И дети точно такие же - играющие и шумные на переменах и, наверно, приносящие домой не только пятёрки. Зато искренне улыбающиеся и говорящие по-английски - было очень интересно с ними поболтать. Я, например, познакомился с пятнадцатилетней будущей рок-звездой - она обещала подрасти, непременно найти меня на фейсбуке и пригласить на концерт. Буду ждать.

Всё хорошее имеет свойство быстро завершаться. Увы. Может, оно и к лучшему - иначе не так ценили бы. После всеобщего купания и соревнований на звание самой спортивной вахты, приключившихся на отличном пляже прямо рядом с мариной, мы отправились в дальнейший путь. Но предварительно, конечно, оставили свой рисунок на Стене автографов, где отмечаются все яхтсмены и экипажи, приходившие в Порту Санту. Там до нас оставила своё граффити и прошлогодняя "Школа под парусами" - с участием ребят и девчат из Смоленска. Приятно было увидеть )) До окончания нашего похода осталось всего-то ничего. Скоро уж октябрь. Так что держим путь в сторону Средиземного моря. Проверка из Небесного ЖКХ, очевидно, уехала. Опять нужного нам ветра нет. Приходится идти на восток зигзагообразно - галсами - на что уходит время. А то вдруг ветер вообще стихает, и мы ложимся в дрейф. Паруса полощатся от редких дуновений, как будто кто-то встряхивает только-то выстиранное постельное бельё, чтобы повесить его досушиваться после отжима. "Погория" грустно покачивается на волнах. Нет ветра - нет хода. Жаль. Очень хотелось в Гибралтаре остановиться, но уже не успеваем по графику. Нас ждёт Малага. Если уж совсем время подожмёт, капитан может дать команду включить ходовую машину. Но это - самая крайняя мера, которую Кшиштоф Барановский применяет в исключительных случаях.

P.S. А ведь мы всё-таки зашли в Гибралтар! После недели пути из архипелага Мадейра до Средиземноморских Ворот ребята, конечно, соскучились по суше, но мы были уверены, что до Малаги на берег не выйдем. Тем более, что упомянутые мной разговоры шёпотом сводились к тому что "нет, мы выбиваемся из графика, и не видать нам Гибралтара, как своих ушей". А сегодня капитан Барановский сам сказал: зайдём. Ave, капитан!

Наконец-то поделюсь с вами этим дневником, потому что на Мадейре не успел - рисовал наш автограф на стене до самой команды отдать швартовы. Запрыгнул на "Погорию" буквально на ходу. И новых видео только два успел смонтировать, но скоро будут ещё - не забывайте про плейлист "Школа под парусами 2015" на YouTube ;-) 

Часть девятая

Гибралтар 

Гибралтар нас, может быть, и не ждал, но встретил вполне приветливо. Конечно, водичка в порту грязновата, да и на суше тут и там стоят строительные ограждения, за которыми кто-то что-то пилит, сверлит, шлифует, асфальтирует и заливает бетоном. При этом, вроде бы, и не сказать, что наступил, как осторожно выражаются труженики турагенств, "не самый высокий сезон"; туристов тут и в начале октября - хоть пруд пруди. Все, как говорится, флаги в гости к нам. Хотя, на "Погории" всё-таки кое-кто остался безо всяких выходов "в гости". Как обычно - двоечники и нарушители дисциплины.


Опять нелирическое отступление. Без картинок.

Я не знаю, почему так получается. Во время переходов между остановками в портах из полутора десятка россиян учатся единицы. Зато перед очередным городом к учителям выстраиваются очереди на сдачу долгов. С вечера до самого выхода на сушу. То, что у учителей кроме долгов двоечников и бездельников могут быть другие дела, их не интересует. Буквально будят спящих словами "я вот домашнюю работу принёс". И сдают на листочке иногда что-то наспех нацарапанное с комментарием "я всё не успел". Многие родители были небезосновательно обеспокоены академическими вопросами ещё до отъезда детей на "Погорию". Просили "спрашивать построже" и "приглядывать, чтоб учились". Спрашиваем. Приглядываем. Но мы за два месяца не в силах изменить взгляды детей на учёбу, их отношение к успеваемости, и уж тем более никак не можем привить им пресловутую тягу к знаниям, если сами родители и ржевские школы не смогли это сделать за восемь лет. Извините. Опять же переходный возраст, смещение приоритетов и всё такое. Вполне очевидно, что кто учился дома, тот и тут, на "Погории", учится. Не для видимости, а потому что привыкли. Девчонки-десятиклассницы - тому пример. А кому-то учёба вовсе не нужна - во всяком случае, они дают об этом понять вполне демонстративно. Спят на уроках (буквально), что-то едят (едят, кажется, вообще постоянно), смотрят видео на планшетах, говорят о чём-то своём. А родители на берегу ахают да ещё жалуются в соцсетях "ой, моему двойку поставили, и его из-за этого в порт не выпустили". А на что эти родители рассчитывали? И куда раньше смотрели? Отправили детей в бесплатный круиз за впечатлениями от разных стран? Да ещё чтоб за ними тут бегали со слюнявчиками? Чтобы вытягивали нулевые знания на троечку-четвёрочку? Ну вытянул я. А толку-то? Всё это вытягивание окончательно сводит на нет остатки мотивации к саморазвитию. Выехали на конспектировании  параграфов учебников. Почему-то одни погорийцы и с репетиторами занимались впрок, и учителям умудрились заранее сдать материал, который ещё предстоит пройти всем их одноклассникам. Опять же, на самой "Погории" при этом занимаются наравне со всеми и получают хорошие оценки. А другие поехали, что называется, "на шару" - пусть прокатит как прокатит, а там разберёмся. Плохо прокатывает. И уверения детей, что в школе они по этому предмету получали хорошие оценки, здесь никого не интересуют. Получал? Докажи. И вот тут часто получается облом. 

Но больше огорчает то, что некоторым "Школа под парусами" вообще, как выяснилось, не нужна. Потому что она почему-то оказалась не увеселительной прогулкой. Романтика парусов и островов внезапно потребовала каких-то усилий. А внезапно ли? Сто раз было говорено ещё во Ржеве: это ШКОЛА под ПАРУСАМИ, где большей частью будут труд и учёба, а выходы в порты - награда за них. Приезжал же из Кирова паренёк на отбор в команду. Прошёл конкурс. Почему его не взяли? Ведь ему это было нужно. Очень нужно. Как, наверно, и другим пятнадцатилетним ржевитянам, у которых и с кругозором всё в порядке, и запас знаний есть, и желание попробовать себя в морском деле. Может быть, они просто не знали о Школе? Ведь отбор шестнадцати человек, если не ошибаюсь, проводился всего среди трёх десятков учащихся. А сколько в городе школ? Семь-восемь будет? Сколько в них девятых классов? Уж сотня-другая кандидатов точно нашлась бы. А у нас одним ребятам нравятся паруса, но не нравится школа - эти часто учатся через пень-колоду, хотя на палубе им нет равных: знают все снасти и паруса, всегда идут на самые тяжёлые участки и помогают другим вахтам. Любо-дорого посмотреть. Есть такие, кому не лень учиться, но паруса их никак не вдохновляют. Такие во время авралов никогда не рвутся вперёд, потихонечку стоят у борта, пока их кто-нибудь из старших не заметит и не отправит к какому-нибудь канату. Иногда этот канат они могут сворачивать и снова разворачивать минут по десять - таким образом получаетсч видимость, что человек очень занят, и никто его не трогает. Домой такие моряки хотят чуть ли не с самой Голландии. Ну и идеальный погориец - это тот, кому и в школе интересно, и на палубе или мачте он в своей тарелке. Есть ли в российской половине команды такие? Пожалуй, есть. Но среди поляков их намного больше. Ребята и девчонки из польской половины экипажа в большинстве своём не хотят домой, хотя, конечно, соскучились все. Но им действительно пришлось заслужить право пойти в "Школу под парусами". Им это надо. Они мотивированы.

S

 Какие-то трения в любом коллективе неизбежны. 32 человека, каждый из которых уже вполне сформировавшаяся личность - это не шутка. Тем более, если коллектив интернациональный - нужно привыкать к непривычной культуре, обычаям, традициям и просто к образу жизни. И желательно не ходить в чужой монастырь со своим уставом. Наши балбесы, например, за два месяца так и не усвоили, как нужно обращаться к старшим. "Капитаааан! Вен из следующий порт?" - такое слышно сплошь и рядом. Это всё равно, что дома, во Ржеве, обратиться к главе школы "Слышь, директор, когда у нас каникулы?" Нормально? А им как о стенку горох. Хотя я ещё с Варшавы старался вдолбить, что у поляков принято обращаться не просто "пан" или "пани", но, чтобы подчеркнуть вежливое обращение, ещё и в третьем лице. Например так: "Пан капитан не подскажет, когда будет следующий порт?" Он, конечно, тоже ещё с Варшавы говорил, что такие вопросы задавать бессмысленно, потому что мы можем в безветрие на неопределённое время лечь в дрейф, но потерпел в своих объяснениях такое же фиаско, как и я. К чему я, собственно, весь этот разговор затеял? Ах, да - про разногласия. Так вот, ежели они и возникают когда, то, пожалуй, не на межнациональной почве, а из-за того, что отбор польской и российской команды проводился слишком по-разному. Поляки об этом, конечно, знают, хотя никого ничем не попрекают. Но - были случаи - пытались командовать наравне с капитаном и офицерами, скажем, "ты выбирай шкот, а ты иди на гордени". Впрочем, они сами объяснили, что это только потому, что кто-то стоит и ковыряет в носу вместо того, чтобы работать. Не могу не согласиться. Стоят. Ковыряют. Но такое "командование" капитан пресёк сразу, как только узнал о нём. Виновный не вышел в город. Впрочем, на борту остались и те, кто своими методами объяснили ему, что не надо командовать. Кстати, через день я их уже видел играющих вместе и безо всяких обид друг на друга. И это хорошо. У меня всё. Возвращаюсь к Гибралтару. 

Первый день пребывания на этой крошечной, но очень стратегически важной заморской территории Великобритании погорийцы ознаменовали прогулкой по центру города за крепостными стенами с надписью "Watergate" - это по-нашему, стало быть, "Водные врата". По сути - так оно и есть, ведь именно Гибралтар считается воротами из Атлантики в Средиземноморье и, соответсвенно, обратно. Говорят здесь большей частью по-английски и, судя по надписям на сувенирах, гибралтарцы категорически против менять подданство британской короне на какую-то там дурацкую независимость. Опять же цифры на ценниках стоят вполне привычные для европейцев, но вот только стоимость указана не в евро, а в фунтах. Которые, на минуточку, один к почти полутора. Это если официально менять. Но продавцы и рестораторы с удовольствием принимают евро и без обмена, но по своему собственному курсу, который лучше вообще не озвучивать. Чуткие и отзывчивые гибралтарцы сами неоднократно предупреждали нас об этом, причём по собственной инициативе - во время разговора на тему "где тут у вас ближайший банкомат". 

Первые же полученные в банкомате фунты я пошёл тратить в ближайшее заведение с работающим wifi - надо ведь как-то отправлять вам всю эту мою писанину. Поэтому города почти не видел. Зато тут не могу не поделиться диалогом, который произошёл между мной и владелицей (или сотрудницей - кто ж её знает) той самой первой попавшейся вайфайной кафешки рядом с портовой зоной. Представьте себе почтенного возраста леди с внешностью миссис Хадсон, но смолящую сигареты подобно тому, как Холмс с удовольствием пыхтел своей трубкой. Она протирает барную стойку и вдруг встречается глазами с бородатым дядькой в очках, который только что убедился, что в данном заведении наличествует не только холодное пиво, но и заметный сигнал вайфая:

- Добрый день! Мой дорогой милорд ищет подходящее местечко, где можно освежиться? Что мой сладкий предпочитает в это время суток?

- Добрый день, мэм! После такого приветствия я уже просто обязан здесь остаться, - отвечает несколько ошарашенный "дорогой милорд".

- Милый, я в этом ни на секунду не сомневалась. Единственное, в чём я не определилась, так это светлого предложить моему милорду или тёмного.

- Мэм, вы - самый очаровательный человек из встреченных мной за всю жизнь! Не откажете ли в любезности заодно уж и сообщить мне, принимают ли тут к оплате карты?

- Не-е-е-ет, мой драгоценнный. Я сожалею вместе с милордом, но здесь принимают только звонкую монету...

  "Милорд" извлекает из кармана ни фига не звонкие, а громыхающие, как камушки, фунты, берёт себе пинту "Гиннесса" и уходит в интернет на шесть ближайших часов, пока все остальные погорийцы гуляют по городу. "Миссис Хадсон", понятное дело, переключает своё внимание на других драгоценных и сладких милордов, которые также сдаются под её незатейливыми, но приятными чарами и останавливаются промочить горло. Наступает вечер. Темнеет. Ну не беда. Главное - файлы с нашими приключениями отправлены. А уж завтра спокойно прогуляюсь.

Про Ту Самую Скалу.  

Кстати, погулять в Гибралтаре действительно интересно, хоть город и невелик. Но разве нас удивишь урбанистическим пейзажем после ряда остановок в ходе путешествия? Ничего подобного. Зато нас удивишь горой. Вернее, Скалой. Я имел неосторожность назвать её горой в разговоре всё с той же "миссис Хадсон" из портовой кафешки - она всерьёз обиделась и спросила, что случилось с английским языком её сладкого милорда, если он вдруг начал обзывать знаменитую Скалу какой-то "горой". Пришлось оправдываться, что мы, мол, сами-то не местные и не очень ещё просвещённые насчёт здешних обычаев. Прощение мне было тотчас даровано, но осталось ощущение, что я назвал "Лужники" спортзалом или что-то вроде того. 

Я не знаю высоту Скалы над уровнем моря. Скажу только, что с этого самого уровня мы и начали восхождение на неё. Прошли всё в ту же "магазинную" часть города - Watergate, свернули на какой-то малоприметной улочке и потопали вверх. Сначала по довольно пологим лестницам и засыпанных щебнем тропинкам, потом - уже по весьма крутым подъёмам и ступенькам, на которых изрядно уставали ноги. Через две трети пути в голове выкристаллизовался вопрос "нафиг я сюда попёрся?", но возвращаться было уже а) поздно и б) не комильфо. На одной из площадок для отдыха-обзора встретилась мемориальная доска, установленная в честь того, что здесь ещё совсем юная Её Королевское Величество Елизавета II вместе с другими членами монаршей семьи познакомилась с обезьянками. Парой стометровых пролётов выше обнаружилась куда более свежая надпись на стикере, гласившем, что зенитовцы - ...в общем, молодцы. Надпись выполнена латиницей, чтобы не очень русскоязычным туристам было сподручнее привыкать к незнакомым словам. Это рядом с указателем на батарею О'Хара, если кому интересно. И я почему-то ни на секунду не усомнился, что прилепившие стикер приехали сюда на фуникулёре. Мы же с ребятами благополучно преодолели подъём, пощёлкали фотоаппаратами - больше там делать решительно нечего. Но ради шикарного вида вполне имело смысл подниматься. Не пожалели.

 

Наверху кроме остатков крепостных сооружений обнаружилась великолепная панорама на обе стороны увенчанного скалой мыса, который, собственно, и представляет из себя Гибралтар. Там же в изрядном количестве гуляют упомянутые мной выше здешние обезьянки. Макаки, которых часто изображают в виде троицы "ничего не вижу", "ничего не слышу", "ничего не скажу". Эти обезьянки совсем не боятся людей - совсем наоборот: удобно располагаются на ступеньках, знают, что на них не наступят, и любят угощение. Умеют и отбирать его у туристов, если понравится. Нам было велено придерживать свои сумки от греха подальше, но обезьянок они мало интересовали - греться на солнышке или обниматься им было, похоже, намного интереснее. Кстати, насчёт "греться". Ночную вахту аккурат перед Гибралтаром мы стояли в штормовках. Не из-за дождя - в самом деле холодно было. А в Гибралтаре днём +28 ка-а-а-а-ак шарахнет! Вот тебе и город контрастов.

Часть десятая

Просто погорийские сутки.

Шесть часов тридцать минут утра - особенное время. Спящие вахтенные потихоньку продирают глаза и направляются к мостику. На котором в это самое время стоит дежурный офицер или его ассистент и считает последние секунды. Потом нажимает кнопку, и звучит ОН. Звонок "Погории".

Когда я спрашивал ребят, что им больше всего НЕ понравилось в нашем походе, многие выразились довольно абстрактно: рано вставать. Казимир - директор "Школы под парусами", прошедший на "Погории" не один десяток тысячь миль,  сформулировал мысль чётко и предельно точно: "С первого дня, как я появился на "Погории", я возненавидел этот самый звонок". Пронзительный и громкий, он может прозвучать в самое неподходящее время - например, когда ты сменился с вахты в четыре утра, умылся и с удовольствием растянулся на койке. Нет, это никого не интересует - ты должен лететь на палубу, потому как объявлен аврал, и нужно либо брасоваться, либо ставить или убирать паруса. В течение для звонок надрывается несколько раз. Его грохот сопровождается объявлением по громкой связи о том, что именно сейчас требуется от команды. Впрочем, возможны импровизации, благодаря которым этот заставляющий содрогаться грохот не обрушивается ушатом холодной воды.

Например, если утреннюю вахту стоит упомянутый мной Казимир, пробуждение команды может быть примерно таким (произносится негромко в микрофон громкой связи - возможно, под звуки какой-нибудь песни - например, "Утренней гимнастики" В.С. Высоцкого):

- Всем доброго утра! Вы ещё спите и видите сны. А "Погория" продолжает свой путь по просторам Атлантического океана и уже ждёт вас на своей палубе для утренней гимнастики. Буквально через минуту прозвучит умиротворяющий, чарующий, трогающий за душу звонок, а дежурные отправятся проверять, кто остался в своих койках и не хочет выйти в следующем порту. Вы уже проснулись и приготовились? ДЗЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫНЬ!!! После этого на палубу начинают подниматься отчаянно зевающие матросы, которые с удовольствием отдали бы свой завтрак за то, чтобы ещё полчасика поваляться в койках. Но Милош - офицер четвёртой вахты, ответственный за утреннюю гимнастику, уже приступает к выполнению упражнений. Рывки и махи руками, наклоны, разминка ног, отжимания - всё привычно, но изрядно приправлено качкой. В это же время дежурные совершают променад по кубрику, выуживая из коек тех, кому зарядка показалась излишней. Хотя они прекрасно знают, что будут обнаружены и получат минус за опоздание на гимнастику или - тем более - полное её игнорирование. Через двадцать минут все возвращаются в кубрик - умыться и почистить пёрышки. Впрочем, от зарядки освобождены вахтенные по камбузу. Без четверти семь они протирают насухо вымытую после вчерашнего ужина посуду, накрывают столы, делают нарезку из сыра и мясных продуктов, насыпают в супницы кукурузные хлопья и всякие другие мюсли, достают из холодильника маргарин и плавленые сырки, раскладывают по тарелкам онуречно-помидорную нарезку, лимоны, наливают чай, после чего в семь тридцать по громкой связи извещают погорийцев о том, что капитану, офицерам и двум вахтам можно идти на завтрак. Две оставшиеся позавтракают во вторую смену. Это те, у кого сейчас палубная вахта (на "Погории" она называется навигационной), и, собственно, дежурные по камбузу - они вообще всегда в последнюю очередь трапезничают. На неспешный завтрак вполне хватает двадцати минут.

Без пяти восемь громкая связь оживает снова. В этот раз она сообщает, что до подъёма флагов осталось пять минут. Сие значит, что все присутствующие на судне должны подняться на палубу для священного ритуала - даже с дежурных по камбузу на время снимается статус неприкосновенности. Экипаж выстраивается в полукаре за мостиком, вахтенный офицер проверяет наличие всех членов экипажа, после чего даёт команду "флаги поднять!". Польский морской флаг, как и полагается, поднимается за кормой - от государственного он отличается наличием герба на верхней половине бело-красного биколора. А маленький российский флажок взлетает к салингу бизань-мачты. Теперь их снимут только после заката солнца.

Далее - на том же месте - ежеутренний брифинг капитана. Он обычно состоит из приветствия команде, сообщения о местоположении "Погории" на нынешнее утро, извещения, по какому дню занимается школа (у нас ведь шестидневка без выходеых, но бывают всякие вводные вроде авралов или выхода на берег - тогда график сдвигается), далее следует обсуждение всех мало-мальски заметных событий и происшествий, объявления о наказании провинившихся и награждении отличившихся. Потом выслушиваются те, кому есть, что сказать, и, наконец, звучат поздравления с днями рождения и по другим приятным, но не связанным с нашей морской жизнью поводам. Те, кому выпало стоять тяжёлую вахту с четырёх ночи до восьми утра, наконец, сменяются, но вовсе не для того, чтобы отдохнуть.

В восемь тридцать начинаются занятия в школе. Камбузная вахта, как правило, пользуется правом иммунитета и на этом основании закалывает уроки целого дня. Остальные же в более-менее полном составе шагают либо в класс - он находится в надстройке сразу за фок-мачтой - либо в столовую, которая тоже вполне успешно справляется с ролью аудитории. Как идёт учёба, я уже, кажется, рассказывал. Желающих грызть гранит науки крайне мало - большинство надеется вернуться домой и распилить этот гранит "болгаркой". Палубную вахту ученики с восьми утра до двух дня не стоят - в это время на руле и на мостике несут службу свободные от уроков офицеры и их ассистенты. Мне нравится эта вахта. Стоишь себе, любуешься морем, поглядываешь на компас, ведёшь "Погорию" - никаких забот. Авралы во время школьных занятий приключаются редко - обычно всю палубную работу выполняют старшие. Камбузники в это же самое время делают приборку на всём подпалубном пространстве, чистят овощи и вообще помогают коку готовить обед, после чего накрывают столы. Время обеда наступает в 13:30; на него мы точно так же ходим по две вахты - сначала свободные, потом дежурные.

После сытного обеда очень хочется принять горизонтальное положение, и на короткое время двум вахтам (кроме навигационной и камбузной) это в самом деле можно сделать. Камбузники готовятся к сдаче вахты, навигационщики находятся на палубе, а вскоре к ним присоединится и боцманская вахта. На неё выходят те, кто стоял камбузную день назад. Боцманская вахта предполагает приведение в порядок всего, что находится на палубе - это как раз вотчина боцмана. Оббивать старую краску, красить что-то заново, подметать, драить, смазывать маслом деревянные релинги, отмывать следы от подошв с белой рубки - это и многое другое входит в обязанности боцманской вахты.

Пока то да сё - дело уж и к вечеру. Перед ужином, который начинается в 18:30, и сразу после него - личное время. Разумеется, у тех, кто не стоит вахту. Перерыв между ними, как правило, восемь часов. Впрочем, есть редкие промежутки и по двенадцать. Но выходных дней, конечно, нет - служба на борту циклична. Как и школьные занятия. Отдых предполагается только в портах.

Чем заняться в свободное время? Польские участники "Школы под парусами" охотно ходят на фильмы (в 20:15 у нас сеансы бывают), собираются в классе попеть песни под гитару, учат уроки, отдыхают перед ночной вахтой. Могут, конечно, подурачиться и побеситься - возраст к этому располагает. У россиян акценты смещены на 180 градусов. Они большей частью дурачатся и бесятся - в силу всё тех же возрастных особенностей. Причём, как правило, очень громко и не особенно следя за выражениями. В том числе и некоторые барышни. Но могут сходить в кино или попеть песни. Если их поймать и загнать в класс. Учить уроки в это время у них как-то не очень принято. Разве что очень уж припечёт - например, есть академические долги, а завтра планируется пришвартоваться в очередном порту. Девчата-десятиклассницы, разумеется, намного ответственнее. Они учатся потому, что надо. Я, конечно, часто обобщаю, но делаю это, ориентируясь на поведение большинства. Хотя, конечно, в обеих половинах экипажа есть исключения. Закрывать на некоторые вещи глаза иногда получается, а иногда - нет. Все ребята знают, за что на "Погории" можно схлопотать минус, который послужит причиной невыхода в ближайшем порту. Знают очень хорошо. Но огребают эти минусы по полной программе с полным же осознанием происходящего. И россияне, и поляки. Но наши соотечественники, конечно, в большей степени. Видимо, в силу неискоренимого пофигизма. И возраста, конечно. В глазах сверстников им сейчас хочется выглядеть немного другими - намного старше и с некоторым вызовом к окружающему нас миру что ли... Получается так себе. Но многие за эти два месяца действительно здорово повзрослели.

Что там у нас? Отбой? Ну да. В 22:00 он как бы предполагается. После того, как похомячили и почаёвничали в столовой на ночь глядя, засыпается как-то не очень.  Поэтому и не засыпается. Многие ассистенты вахтенных офицеров, проверяющие порядок в кубрике во время тихого часа, громко негодуют. Заставляют выключить электронные гаджеты, прогоняют всех по СВОИМ койкам, запрещают всяческий разброд и шатание, но мы-то с вами знаем, какая половина экипажа не уснёт раньше двенадцати. Мы это ещё в автобусе Ржев-Варшава проходили.

Часть одиннадцатая

О Малаге и не только.

Очень интересно наблюдать, как ребята-девчата выполняют обязанности старших по вахте. Таковыми они становятся на неделю. Восемь человек, восемь недель похода - всем хватает времени попробовать себя в роли командира. Чем отличается назначенный старший от других вахтенных? Он (или она) составляет список, кому когда стоять на руле или вперёдсмотрящими, распределяет обязанности на время камбузной вахты и вообще организует остальных семерых на все виды работ. Получается эдакий старшина, в работу которого не вмешиваются ни офицеры, ни их ассистенты. По аналогии - мичманы. И вот тут все проявляют себя по-разному. Были случаи, когда старшина назначал себе любимому самый лёгкий участок работ или самое лёгкое время, например, вахты на руле. И при этом дрых по ночам, забывая сменить дежурных. Вплоть до того, что офицер брал у него график дежурства и отправлял дрыхнуть дальше. И ведь уходил. Были и другие случаи - когда старшина настолько проникается обязанностями, что добровольно стоит лишнее время за других, если в списке что-то перепуталось (например, всех отправили на ночной аврал, и график сбился). Вроде, и нет в том никакой вины старшины, но ответственность берёт на себя. Это впечатляет. Бывало, что недовольные распределением обязанностей вахтенные хмурили чело и обещали "ну он/она у меня попляшет, когда я старшиной стану - будет вечно в посудомойке дискотеку устраивать и туалеты мыть!", а бывало, что вахтенный порядок выстраивался внезапно чётко и безукоризненно. Никому не обидно, никто не жалуется, всех вовремя сменяют. Это тоже часть взросления. Умение взять на себя ответственность. Проверка лидерских качеств. И просто человеческих. Не все эту проверку прошли. 

Где мы? В Малаге? Я вам уже говорил, что это ещё один город, в который хочется вернуться? Или даже остаться? Опять нет? Тогда говорю. Монетку в фонтан бросил, собором полюбовался, с самой шикарной точки на крыше на город посмотрел, к достопримечательностям прикоснулся и на вкус попробовал, ночное праздничное католическое шествие увидел... В общем, основные обязанности туриста хоть и бегом, но выполнил. У ребят ещё было время искупаться еа пляже, а я опять видеоролики часами на YouTube качал. Поэтому видеозарисовка и фотоотчёт опять без нашей молодёжи получились. Зашёл, конечно, в музей Пабло Пикассо. Обалденно! Очередь выстоял - минут пятнадцать! Фотографировать там нельзя. Зато работ прославленного художника довольно много. Посетители их рассматривали и с расстояния, чтобы оценить композицию и цветовую палитру, и вблизи, чтобы рассмотреть фактурность мазка. Склонив голову и устремив взгляд в полотно, слушали в наушниках рассказ аудиогида про очередной период в творчестве маэстро и про историю создания определённой картины. А я смотрел на этих просвещённых посетителей и дал себе слово не лицемерить, а честно вам признаться, что ни фига в творчестве Пабло Пикассо не понял. У очень раннего, по-моему, "всё в порядке". Вот портрет Ольги, вот ребёнок на ослике. А зрелый Пикассо оказался вне сферы моего понимания. Уффф. Признался. Гора с плеч ))

 Кто ходит в гости по утрам.

 В Малаге рядом с нами пришвартовался питерский фрегат "Штандартъ". Реакция росмийских ребят, конечно, была предсказуемой. Российский флажок мы видим каждый день под салингом бизань-мачты, но чтобы рядом с нами огромный бело-сине-красный триколор развевался на корме парусного судна - такое оказалось впервые. А ещё много русскоязычных моряков, с которыми можно поговорить на близкие теперь нам темы - про вахты и всё такое. У-у-у-у-ух!

Капитан "Штандарта" - Владимир - оказался общительным и гостеприимным. Он сам построил и спустил на воду этот фрегат вместе с другими энтузиастами, да так уже несколько лет почти и не бывает дома. Если не ошибаюсь, в предыдущий раз это было 14 месяцев назад. Экипаж на "Штандарте" не постоянный - в Малаге, например, одни списались на берег, а другие - наоборот - были внесены в судовую роль. Команда, конечно, интернациональная. Это на суше кто-то под кого-то постоянно копает и делит мир на "наших" и "не наших". А на море я такого никогда не видел. И, дай бог, не увижу. Боцман "Штандарта", например - типичный просоленный морем британский морской волк с внешностью фронтмена панк-рок-группы семидесятых. Все его татуировки мы рассмотреть не смогли, количество серег в ухе тоже не сосчитали, зато ирокез на голове перед выходом в порт был явно подновлён. Очень колоритный и такой же приветливый, как и остальные штандартовцы. Я успел познакомиться с ребятами из России, Беларуси, девушкой-немкой, парнем-бельгийцем... Всех имён, конечно, не помню - пообщались совсем чуть-чуть. А капитаны "Погории" и "Штандарта" договорились о визитах вежливости, и мы с удовольствием побывали на борту фрегата. Наши ребята - и польские, и российские - отправляясь в гости, не забыли надеть парадные кроссовки и вечерние страховочные обвязки - конечно, они не могли упустить возможность взобраться на реи "Штандарта". В шесть вечера четвёртого октября мы вместе стартовали навстречу дальнейшим морским приключениям. Не знаю, куда пошли питерцы (я уж их буду так называть по порту приписки "Штандарта"), а мы направились в сторону Балеарских островов.

День Нептуна.

Как-то вот не сложилось у нас пересечь экватор. Это самая первая "Школа под парусами" с командой из польских, российских и американских мальчишек длилась целый год - ребята прошли всю Атлантику, через Панамский пролив вышли в Тихий океан, обогнули мыс Горн.... Эээээх! Мечта! Но и теперь мы побывали в двух полушариях. В Восточном и Западном. Первое пересечение нулевого меридиана, конечно, не отмечали - не до того было. Всех едва отпустила морская болезнь, но продолжал донимать холод Северного моря. Зато возвращение в Восточное полушарие отметили, как полагается.

Поздно вечером шестого октября вышли на палубу - "Погория" как раз проходила нулевую отметку. Это было встречено бурными аплодисментами и раздачей команде кубиков льда. Не спрашивайте, зачем )) Так надо! Ну а основные торжества развернулись на следующий день. Офицеры и ассистенты превратились во всякую водяную нечисть во главе с Нептуном и его спутницей. Для тех, кому предстояло пройти морское крещение, слева от носовой надстройки была устроена полоса препятствий из спасательных кругов, судовых снастей и чехла от бота. Далее на баке всех нестраждущих "принимал" доктор с вантузом в одной руке и скотчем в другой. Вдоль правого борта один из "чертей" окатывал крестимых мощной струёй морской воды из пожарного брандспойта (камеру мне тоже "крестил" этот нечистый, тысяча чертей!)). 

Мокрых с ног до головы крестников сначала обмазывали чем-то похожим на какао-пасту, а потом угощали малосъедобной по причине солёности снедью. Вы пробовали кисель, сваренный на морской воде? Вот. Его тоже пили. Затем перепачканные и плюющиеся новообращённые с помощью азбуки морзе узнавали свои новые закодированные имена. От "Бегущей по волнам" до "Застрявшего якоря". Завершалась церемония подходом к Нептуну и (господи, как же звали его спутницу?  похоже на Даздраперму, но не она...) - в общем, к ней. Плечистая и басовитая Даздраперма (пусть она!) подпускала всех к волосатой ножке, а строгий Нептун велел вязать морские узлы. Тех, кто не сумел завязать, он, впрочем, охотно прощал, нарекал новым именем и благословлял ходить морями под польским и российским флагами. Завершилась церемония по традиции большой помывкой личного состава и несколько испачкавшейся "Погории". В общем, все довольны.

А тут и до Ибицы рукой подать. Вообще-то, она - Ибиса. С ударением на второй слог. Но как-то не очень название "ИбИса" благозвучно для восприятия русскоговорящими. Сделали из него Ибицу.  Мда... Когда мы бросили якорь в бухте Сан-Мигель, погода на Ибице была совершенно не характерной для этого острова. Вот тут бы производное прилагательное от слова "Ибица" пригодилось, но оно совсем уж неблагозвучно. Вахтенные ночью продрогли незнамо как, ещё с прошлого вечера начал моросить дождь, хотя потом всё-таки постепенно распогодилось. На предположение, что мы заскочим на Ибицу искупнуться, одетые в куртки ребята ответили взглядами сомневающихся в моём здравомыслии.

На Ибице красиво, но интернет мне достался никакой. Три часа впустую - ни файла не прошло. Поэтому не буду ничего про неё писать. Мы немного побродили по зелёному-зелёному острову, полюбовались скалами и гротами, посмотрели на немногочисленных отдыхающих и купающихся (большей частью в октябре на Ибице отдыхают люди уже весьма почтенного возраста) и внесли некоторое разнообразие в полусонную атмосферу Сан-Мигеля. Всё-таки искупнулись - с хохотом, визгом и удовольствием.

S 

Часть двенадцатая

Финал

После Ибицы уже возникло ощущение, что скоро будем дома. Время в Школе под парусами и так летит быстрее, чем на суше, а уж последняя неделя вообще сократилась до минимума. У рас ведь нет разделения на будни и выходные - вахта за вахтой, а в промежутках - школа. Пятницу узнаём по рыбному меню нашего неповторимого кока Сильвестра, воскресенье - по яичнице на завтрак и куриные бёдрышки на обед. А под конец рейса все вдруг вспомнили про академические долги и решили наверстать всю четверть за пять дней. Кто-то исправлял четвёрки на пятёрки - это похвально. А кто-то избавлялся от багажа двоек. Тоже хорошо, но уже не похвально. Ведь в итоге выяснилось, что времени-то вполне хватает на то, чтобы стоять вахты и успевать выполнять домашние задания. В общем, взялись за ум. И ведь исправили. Почти все. У меня в должниках по географии и обществознанию остался всего один двоечник. Он и не подумал ничего исправлять, хотя несколько раз ему напоминал. Не-а. Склонит голову, прищурит один глаз и смотрит невинным взглядом - какие уж тут долги. Ну да ладно. Пусть дома учителя решают, что делать - мы на каждого ученика заполняем отчётную ведомость, где отмечена и успеваемость, и активность.


Перед финишным итальянским берегом мы зашли на островную часть Франции - на знаменитую Корсику. Город Бонифачо многие погорийцы назвали самым красивым из посещённых нами за всё время круиза. Простите, уж не буду про него рассказывать - сейчас времени совсем не осталось, потому что подводим итоги школы и заполняем вышеупомянутые ведомости. Да скоро уж дети сами всё расскажут. 16-го октября заканчивается наша Школа под парусами 2015. Позади - четыре с половиной тысячи морских миль пути, сотни часов вахт, четверть учебного года занятий, множество сюрпризов, впечатлений, общения, ссор и дружбы, недоразумений и закономерностей, новых городов и стран. А ещё много-много моря. Которое через год ждёт новых школьников, которые ступят на борт "Погории" и всё начнётся сначала. А пока посмотрите, что мы увидели на Корсике.

Спасибо всем, кто заинтересовался этими моими нехитрыми записками и прочитал их. И, конечно, большое спасибо всем, без кого наше путешествие не состоялось бы, и мне не о чем было бы написать. Спасибо некоммерческой организации "Школа под парусами", спасибо Центру польско-российского диалога и взаимопонимания, спасибо нашему Капитану - Кшиштофу Барановскому, спасибо всему экипажу "Погории". Самое тёплое спасибо тем, кто нас ждал на берегу. И самой "Погории" - отдельное спасибо. Но ей я его скажу лично. На прощание.

 

 Олег Беспалов

Ta witryna używa plików cookie. Więcej informacji o używanych plikach cookie można znaleźć tutaj. Tak, akceptuję Nie, chcę dowiedzieć się więcej